А она не могла и не хотела отстраняться. Было в этом что-то другое, новое, чего между ними еще не было, и Дина боялась это новое спугнуть. Прямо перед ней маячил затылок, на который так хотелось положить руки, что даже кожа на ладонях зудела. На всякий случай пришлось сцепить их за спиной.
– Динка, – он впервые так ее назвал, – я когда-нибудь укорочу твой длинный язычок.
– Не беда, я выучу язык жестов. Я уже знаю один, хочешь покажу?
– Не надо, – он схватил ее за руку, поспешно опустил вниз и оглянулся по сторонам, – я уже и так достаточно позорился.
Они стояли рядом, он держал ее руку в своих, и Динка молчала, не чувствуя в себе силы произнести хоть слово. Она понимала, что нужно отнять руку, продолжить или вообще закончить разговор, все равно по итогу бессмысленный и безрезультатный.
Она не примет его предложение и никуда не поедет, а если Максим начнет настаивать, они снова разругаются и наговорят друг другу гадостей. Надо как-то выкручиваться, что-то делать, но делать ничего не хотелось, а хотелось придвинуться ближе и так и стоять, вдыхая его запах, с закрытыми глазами.
Первым отмер Домин.
Он снова развернулся к ней и, так и не выпуская ее руки, сказал совсем другим тоном, очень серьезно и даже сурово. А железобетонный Горец тоже, оказывается, был под напряжением."
"– Дина, ты сказала, что тебя от меня воротит. Если это было сказано от злости, просто, чтобы меня задеть, ничего не говори. Если это правда, и ты больше не хочешь меня видеть, скажи или кивни. Я обещаю, что исчезну из твоей жизни.
Динка удивленно посмотрела на него, закусила губу, забыв о ссадине, и тут же охнула. Домин придвинулся совсем близко, прикоснулся к губе пальцами, словно снимал боль, и выжидающе смотрел на нее, а в глазах его плескалось что-то, ну пусть ожидание, потому-что страхом назвать это было бы слишком самонадеянно. Динка не выдержала и опустила голову. И услышала, как с шумом выдохнул Домин.
– Кроме глуши, в которой я живу, у тебя еще есть ко мне претензии? Если нет, я объявляю официально, что начинаю за тобой ухаживать.
Идем посмотрим, есть ли там луна, и если есть, готовься, я буду читать тебе стихи, – он потянул ее в сторону выхода.
Наверное, у нее глаза были, как недавно у Плоского, размерами с диски от колес. Целый день Динка как опытный полководец старательно возводила оборонительную крепость, укрепляла ее и вооружала. А этот самоуверенный Домин за какие-то четверть часа влегкую определил самые уязвимые места и нанес всего несколько метких ударов.
