Флирт в Севильи

Ужин закончился в двенадцатом часу. Все помнили, что в три часа утра или ночи, кому как больше нравится, группа должна была выехать из отеля на утренние съемки.

До выезда оставалось не так много времени. Гарсиа решил остаться в отеле, чтобы подготовиться к утренним съемкам. Все расходились довольные друг другом.

Рута Юльевна сидела с французским продюсером проекта, и было заметно, что их разговор только начался. Ингрид нетерпеливо дернула Дронго за рукав.

— У нас есть три часа, — сказала она, глядя ему в глаза, — кажется, мы можем подняться ко мне или к тебе.

— По всему отелю сейчас работают камеры, — напомнил Дронго, — нас могут увидеть. Я не хочу тебя компрометировать.

— Ничего, — улыбнулась она, — мне будет приятно. Здесь уже все друг друга настолько скомпрометировали, что дальше некуда. Круминьша уличили в приеме наркотиков, Балодис не просыхает от пьянства. Про Руту я не говорю. Лена с Эугеном тоже не ангелы. Я думаю, что Гарсиа больше не будет принимать группы из Латвии.

— Надеюсь, что ты ошибаешься.

Дронго пошел за ней и увидел, что фотограф делает ему отчаянные жесты.

— Подожди, — сказал Дронго, — сейчас я вернусь.

Он повернулся и подошел к молодому человеку.

— Вы говорите по-английски? — спросил его фотограф.

— Говорю, — кивнул Дронго.

— Извините, что я вас позвал. Меня зовут Анри. Вы старше меня и гораздо опытнее. Скажите, как вам удается нравиться молодым женщинам? Вы сказали ей во время обеда несколько слов, и она потеряла ко мне всякий интерес. Я не обижусь, только скажите, что именно вы ей говорили?

— Никакого секрета, Анри.

Я сказал, что обычно даю женщине самой выбирать — с кем она хочет быть. На женщину нельзя давить, ее не нужно обманывать, притворяться, угодничать. Нужно только попросить ее сделать верный выбор. И она, как правило, этот выбор делает.

— И все? — изумился француз.

— Все, — подтвердил Дронго, — извините, Анри, меня ждет дама.

Он подошел к Ингрид, и они вошли в лифт.

— Что он тебе сказал? — поинтересовалась она.

— Спросил, в чем секрет моего волшебства.

Как мне удается обманывать такую красивую молодую женщину.

— Интересно. И что ты сказал?

— Правду. Я сказал, что предоставляю ей право выбора. Куда мы пойдем? Ко мне или к тебе?

— Куда хочешь.

— Тогда давай к тебе. Двери моего номера выходят на площадку перед лифтами, и там всегда полно людей. Не обязательно всех шокировать.

— Ты неисправимый ханжа, — рассмеялась она.

Он продолжал разговаривать с Ингрид, помня, о чем ему сказал Вейдеманис.