Форк 1941

Первый (из целого цикла подобных!) рассказ с рисунками, сделанными им самолично на компьютере, вышел в ноябре под лозунгом – «Как мы будем после Победы строить жизнь советских людей в быту»

Прежде чем Никита занялся делом, весьма разнообразившим привычную ему профессиональную деятельность в сфере разработки программного обеспечения и электровычислителей, Поташник имел какой-то короткий разговор с Рожковым наедине, после которого, попаданец, к моему удивлению, безропотно и с видимым энтузиазмом, принялся заниматься возложенным в «общественную нагрузку» на него!

Что там Матвей Моисеевич ему говорил, я так и не узнала.

Но, видимо, нашёл какие-то аргументы, ибо Никита, бывший довольно таки большим лентяем в отношении всего, что не было интересно лично ему, занимался порученным делом с большой самоотдачей.

Рожков изложил, поверхностную, на мой взгляд, гипотезу – что победа массовой культуры над серьёзной литературой и кино, даже пусть со всеми наградами за них произошла потому, что «серьёзное» превратилось в такое «унылое фуфло», что окончательно не было интересно большинству.

Впрочем, мы его совместными усилиями таки разубедили – победа «массового искусства» этим одним не объяснима. Он пожал плечами и заявил, что сам не уверен, что стало с «высоким искусством» и выдал следующее:

– Заныкалось под плинтусом, десять фриков интересуются… как из государства бабла выбьют, так и чего-то в новостях мелькнёт… про очередного «левиафана», отягощённого тяжелой степенью либдемшизы головного мозга режиссёра…

Есть, есть в его жаргоне будущего своё очарование, хихи! Впрочем пояснять, что имел в виду, ему снова пришлось долго.

По пути объяснил смысл идиом про то, что «пипл хавает» и про то, что «хавает» он всё же очень избирательно, а производящие «контент», если они хотят достичь коммерческого успеха, всячески стремятся угождать вкусам потребителей.

Обсудили успех сериалов, как в мире кино/видео/теле и полностью изменившийся язык будущего.

Весьма разъясняющее, что к чему, вышло пояснение у него, хотя и с привкусом его вечной антисоветчины:

– Для вас слово «ссылка» – это что-то про Ленина и прочих революционеров из пропаганды, а для меня – способ перемещения по гипертексту и вообще по… местам… с разными источниками данных. Шутку будущего про «лень вспахать поле в 17-м веке», и «лень перейти по ссылке в 21-м» после этого смогли оценить по настоящему.