Форк 1941

Облик будущего, очевидно, по прежнему крайне пленял их воображение, а сам потомок и дискуссии с ним, изрядно примирили их с Советским строем!

Весьма неожиданный результат! Послевоенные успехи «того» Советского Союза, были неоспоримы, а восхищение потомка Победой СССР в «той войне» и последовавшем рывком СССР в космос, подняло большевиков в глазах «мини-диссидентов»… «…Бесспорная оценка плюсов коммунистического строя потомками…»!

Знакомство и общение Вернадского с попаданцем улучшило мнение старого академика об Советской власти и большевистской системе.

Угомонились и занялись делом – с удовлетворением отметил Сталин – но увы, до всех ныне живущих знания и уроки будущего не доведёшь.

Количество плевков в адрес «строя до семнадцатого» от Рожкова поражало. Потомок, при всем его немалом негативизме к советскому и коллективизму, считал его меньшим злом по сравнению с царской Россией, хотя и переживал по поводу гражданской войны.

Так на кого опереться по максимуму, в будущем, послевоенном СССР, кроме Лаврентия и Вяче, среди соратников?

Уже введённый в курс дела Вознесенский? И сторонник развития лёгкой промышленности Маленков? Именно их сделать ответственным за улучшение благосостояния советского народа, которое вышибет в дальнейшем почву перед восхищением материальной обеспеченностью мелких буржуа на западе?

Личность Рожкова, кстати, являла пример того, что ЭТИХ (мелких лавочников и «хозяйчиков») можно всё же попробовать укоренить в структуре советского общества, несмотря на всех их мелкособственнические инстинкты?

Ведь, по сути, не важно – лавка, свечный заводик (происхождение «мема из будущего», употребляемого Рожковым в разговорах, было легко отыскано в «12 стульях» Ильфа и Петрова, опубликованных в 1928 году!) или «геймдев попаданца»?

С точки зрения Сталина, несмотря на то, что попаданец мнил себя, в чём то обоснованно (учитывая его нынешнюю работу над электровычислителями и программами для них), в чём то нет – интеллектуальной элитой общества, сии мелкособственнические способы извлечения прибыли были одним и тем же.

Двое товарищей марксистских философов изрядно потрудятся, пытаясь классифицировать общество будущего. И не обязательно их ждёт успех. Но главное – он, «облик возможного будущего» известен (кому положено) в СССР, лучше, чем в мире любым, пытающимся представлять его очертания.

И эти очертания должно скорректировать ради интересов своей страны…