Форк 1941

Предателям союза с СССР, поспешившим к победителям в Холодной войне.

Ни квадратного метра территории СССР не отдаст после войны Польше. И Армии Андерса формироваться не будет. Зачем СССР тратить на неё ресурсы? «Народной Польши» в виде ПНР, может, в «этот раз» и не будет, но и поводов для ненависти поляков СССР не даст:

Все сотни тысяч польских граждан из тюрем и мест ссылки в СССР были освобождены ранее, чем в «тот раз», и желающим было обещано скорейшее перемещение через Иран на запад. Процесс, хоть и «по капле», начался.

Чему, в общем то больше противодействовали англичане, не знавшие, что делать с теми поляками, кто желал покинуть СССР. Однако приняв у себя правительство Польши, они вынуждены были и решать часть проблем граждан не существующего фактически сейчас польского государства.

Массе недовольных поляков нечего было делать в СССР! Пусть проваливают. Толку от несогласных не будет, а тем, кто сам, добровольно останется в СССР, работа найдётся. Как и гражданство и все права советских людей.

Каждый сделает свой выбор.

Что касается отдельных личностей, ещё осенью сорокового пришлось делать нелёгкий выбор. После нескольких обсуждений с Берией и выслушивания мнения военачальников из «группы Мерецкова», изучивших боевой путь генерала Власова, тот остался командовать 99-й, «лучшей стрелковой дивизией Красной Армии», лучшей дивизией КОВО, которая, как и ином времени, получила переходящее Красное Знамя. Но мехкорпус он в январе 41-го не получил, хотя, по результатам боев начального периода войны на Западной Украине, стал командиром стрелкового корпуса.

Всё это время начальник особого отдела дивизии, а позже корпуса, получивший инструкции лично от Берии наблюдал за Власовым, решая вопрос «провокация ли сомнительные сведения о потенциальном предательстве советского генерала или в них что-то есть…». Тому ныне, похоже, не предоставится случай предать. Хотя… кто знает, война ещё в самом разгаре. Окружения и неизбежные потери и предательства есть и будут…

С фигурами меньше, о которых было известно из книг потомка, наподобие крайне неоднозначного «ходунка со стороны на сторону» Гиля, пришлось каждый раз решать вопросы индивидуально.

Немало из них осталось на своих постах и рабочих местах. Вызывавшие большие сомнения были переведены на Дальний Восток, арестованы заранее были немногие, к которым нашлись большие претензии за другие дела.

В США, Рузвельту ушли как «разведывательные» сведения о Холокосте.