Формула преступления

Это как дернуть водки с мороза под маринованный груздь… Нет, даже лучше… Пардон, а почему не представишь меня своему знакомому?

Тетка невольно оценила представительного мужчину на предмет… Ну, на какой предмет может оценивать мужчину одинокая женщина, похоронившая двух мужей.

— Господин Гайдов, — сказал Ванзаров. — Дядя художника, создавшего шедевр. Сам автор шедевра в некотором роде.

— Да что вы?! — Тетка не дождалась, когда назовут ее. — Великолепно! У вас в семье одни гении!

Мария Васильевна кокетничала искрометно, но Гайдов даже бровью не повел в ее сторону, не отрываясь от картины, словно не мог насмотреться.

Прикинув, что эта магия не действует, тетка зашла с другой стороны:

— А где же ваш племянник, господин Гайдов? Отчего пропустил такой триумф? Какая жалость, не правда ли?

Отвечать какой-то сумасшедшей старухе Михаил Иванович не счел нужным. Одним движением сломав трость, кинул обломки к ботинкам чиновника полиции и быстро вышел. На него стали оглядываться. Господин Музыкантский вовсе изумился такому поведению мецената.

А тетка замерла в недоумении:

— Скоропостижно скончался, — ответил Родион, думая о своем.

…Коля боялся шевельнуться.

— Что же случилось с Гайдовым?

— А что с ним должно было случиться?

— Но ведь он дал слово наказать убийцу…

Юношескую наивность Аполлон Григорьевич отметил смешком:

— Думаете, человека, убившего родного племянника, замучают угрызения совести? Вам еще, коллега, учиться, учиться и учиться психологии сыщика.

— Но как же закон, наказание…

— Наказание вышло куда страшнее полагаемого по закону.

Какая пытка: видеть, как растет слава Макара, и не иметь сил ее остановить. Владея картиной, Гайдов не смог поднять на нее руку, это же не человек. При этом осознавать, что племянник, которого ненавидел, как бездарность ненавидит талант, и раздавил как муху, оказался сильнее. Испытание хуже каторги. У него срока давности нет.

— Так что же, он так и наслаждается жизнью?

— Возможно. Только не в столице. Вскоре Гайдов исчез. А куда, что — в полиции на этот счет сведений не имеется.

— Но как же «моментальный портрет»?

— А с ним что не так?

— Но ведь Гайдов не выходил убийцей! — в отчаянии вскричал Гривцов.

— Эх, юноша… Если б по одному портрету убийцу можно опознать… Нам бы пришлось искать другую работу. Вам — точно… Нечего отлынивать, подставляйте лоб, будем бить штрафной.

Звонкий щелчок, и из глаз Гривцова брызнули мириады звезд, так что он маленько закачался и увидел небо в алмазах.