Формула преступления

Родион сел на краешек, а госпожа Столетова опустилась в другое кресло, спиной к окну.

— Что же вас привело, господин коллежский секретарь? — спросила она, наслаждаясь конфузом мальчика.

Ванзаров изложил басню о проверке и спросил, что теща думает о смерти зятя.

— О, это невосполнимая утрата, — ответила Евгения Павловна. — Бедный Ульян. Такая скоропостижная смерть. Не успел насладиться семейным счастьем.

— Быть может, ему помогли.

На хорошеньком личике отразилось удивление:

— Помогли? О чем вы, господин Ванзаров?

— Вальсинова могли убить.

— Но это смешно! Кому нужно убивать совершенно невинного человека?

— Мне бы хотелось это знать.

— Послушайте, но ведь прибывший доктор ясно сказал, что случился удар.

— Врачи иногда ошибаются. Предположим, что Ульяна Семеновича убили. Кто мог желать ему смерти?

Госпожа Столетова даже руками всплеснула:

— И думать не могу. Это невозможно!

— Например, ваш муж мог затаить на него какую-то тайную обиду.

Тут уж Евгения Павловна не удержалась от искристого смеха:

— Мишенька? Это очаровательно! Он сам врач в некотором роде.

Как вам такое могло прийти в голову, молодой человек? Вы, наверно, недавно в полиции, еще не набрались опыта.

Родион не стал раскрывать свои карты, колкость пропустил мимо ушей, и так малиново-красных, но вот про странный выбор жениха для обожаемой дочери спросил.

Евгения Павловна задержалась с ответом, словно шагнула на почву несколько зыбкую.

— Может показаться странным, но это ради счастья Маши, — наконец ответила она.

 — Быть может, это не самая лучшая партия, и Ульян старше ее на несколько лет, и свадьба состоялась по нашему решению, но все ради блага дочери. Поверьте, мать лучше знает, что в конечном счете принесет пользу ее дитяти. Мне кажется, эта тема не имеет отношения к вашей проверке.

— Насколько велико приданое? — спросил бестактный юноша.

Дама усмехнулась, прощая плохое воспитание, и ответила, что вполне достойное. Несколько обтекаемо, но тем не менее.

— Свадьба была устроена излишне скоро.

Была острая необходимость?

— На беременность намекаете? — резко спросила Столетова и тут же успокоилась. — Нет, ничего подобного. Мы соблюдаем приличия.

Родиону очень хотелось здесь покопаться поглубже, ведь порою копни приличия хорошенько, такие помои вылезут… Вот только Евгения Павловна была не расположена развивать эту тему. А если женщина чего-то не захочет… Сами понимаете. Оставалось испросить разрешения на разговор с Марией Михайловной.