Но поскольку его интересовала политика, эта золотая возможность до сих пор не представилась, так как маркиз не разделял его интересов и, соответственно, очень редко появлялся в парламенте; но он позволял юноше писать для себя речи, достаточно короткие, чтобы их возможно было произносить, и даже время от времени обсуждал с ним свои политические убеждения.
Более того, он нашел, что решительно невозможно не восхищаться Алверстоком. До сих пор у него не было причин считать Алверстока законченным эгоистом; к тому же он был нетребовательным и дружелюбным и никогда не позволял себе держаться высокомерно.
Сравнивая свое положение в доме маркиза с положением своего приятеля, чей хозяин смотрел на него как на нечто среднее между чернокожим рабом и старшим слугой, Чарльз понимал, как ему повезло. Алверсток мог осадить какого-нибудь выскочку, но своего секретаря за ошибки он распекал так, что их социальное положение не чувствовалось. Приятелю Чарльза указания бросали в виде отрывистых команд, Чарльз же получал от Алверстока вежливые просьбы, обычно сопровождаемые одной из самых приветливых улыбок его светлости.
Молодой человек не мог не поддаться обаянию Алверстока, так же как не мог не восхищаться им как искусным наездником и разносторонним спортсменом.
— Твои нерешительные взгляды и робкие движения, — сказал маркиз с легким лукавством в глазах, — говорят о том, что тебе необходимо напомнить мне еще о каком-то обязательстве. Послушай мой совет, не делай этого. Это будет не великодушно с твоей стороны, и я, скорее всего, пошлю тебя к черту.
Улыбка стерла озабоченность с лица мистера Тревора."
"— Вы этого никогда не сделаете, сэр, — простодушно заметил он. — И потом, это не обязательство, по крайней мере я так не думаю! Я только предположил, что вы бы и сами пожелали знать об этом.
— Неужели? По опыту знаю, что эти слова обычно произносятся перед тем, как сообщить мне такое, о чем я желал бы вообще не знать.
— Вы правы, сэр, — покорно согласился Тревор.
— Но хорошо бы вы прочитали это письмо. Дело в том, что я обещал мисс Мерривилл, что вы сделаете это.
— И кто же эта мисс Мерривилл? — спросил лорд.
— Она сказала, что вы знаете, сэр.
— Чарльз, неужели ты думаешь, что я держу в голове имена всех этих… — он нахмурился. — Мерривиллов, — повторил он задумчиво.
— Наверное, сэр, кто-то из них вам все же знаком.
— Очень отдаленно. Что же, черт возьми, ей нужно?
Мистер Тревор вручил ему запечатанное письмо.
