Они только решили, что он слишком беспородный молодой озорник-переросток, и при других обстоятельствах они были бы более снисходительны к его недостойному поведению. Но правила в лондонских парках строгие; старая дама с острым длинным лицом, которая убеждала их послать за констеблем, ее слабонервная ровесница, еще страдающая от припадка, разные граждане, заявляющие, что таким опасным животным нельзя разгуливать на свободе, и вопли нянек, требующих возмездия для дикого зверя, который перепугал их чувствительных крошек, вынудили парковых служителей посмотреть на дело с другой точки зрения.
Поглядев, с одной стороны, на толпу граждан, желающих, чтобы об инциденте было сейчас же доложено главному смотрителю парков, и, с другой — на нашкодившую дворняжку с молодой особой, даже не сопровождаемой лакеем или горничной, они поняли, что им надо делать: Лафру, внушительно сказал Фредерике старший из двоих, они должны забрать и запереть до решения магистрата.
Лафра, которому совсем не понравился ни его тон, ни намерение приблизиться, перестал часто дышать, поднялся и угрожающим рычанием предупредил, что любая попытка тронуть Фредерику дорого обойдется хранителю парка.
Он принял такой воинственный вид, что фермер пришел к выводу немедленно уничтожить пса, а парковый служитель потребовал у Фредерики «убрать эту собаку подальше!» от него.
Среди собравшихся фермер был наиболее непреклонен к преступному Лафре. Одного взгляда на его разъяренное лицо было достаточно, чтобы понять, что взывать к милосердию бесполезно.
Вся дрожа внутри, Фредерика проговорила:
— Осторожнее! Эта собака принадлежит маркизу Алверстоку! Она чрезвычайно ценная, и, если с ней что-то случится, его светлость очень разгневается!
Младший служитель, у которого было свое мнение по поводу происхождения Лафры, сказал упрямо:
— Чушь! Какой маркиз купит его! Он и гроша ломаного не стоит! Обыкновенная дворняжка, вот кто он!"
"— Дворняжка? — воскликнула Фредерика. — Да знаете ли вы, что это чистокровнейшая барселонская овчарка, да еще привезенная в Англию за огромные деньги! Я извиняюсь, конечно, что он погнался за коровами, но он просто собирался их пасти! Эта порода именно с такой целью и была выведена в Испании, а к английским коровам он еще не привык!
— Пасти их? — изумился фермер.
— Я сам никогда не пасу их! Зачем? Вы, кажется, не умнее его, барышня!
Младший из двоих парковых служащих не замедлил вынести вердикт.
