Никто, и менее всех Уикен, не был удивлен ее бесславной капитуляцией, а младший из служителей позже признался старшему, что считает, что тому, кто хочет заткнуть такую старую ведьму, нужен надежный тыл."
"Фермер, однако, в целом одобрив избавление от остролицей, ничуть не утешился этим. Он начал объяснять маркизу всю глубину преступления Лафры, печальные последствия для молочных коров их панического бегства и свою горькую участь, которая находится в руках хозяина этих коров, если он обнаружит хоть малейшую рану хотя бы на одной из них.
— Ну, это уж вряд ли! — сказала Фредерика. — Вас послушать, так они бежали от него через весь город, ведь это не так! Хотя, если уж вы выпускаете коров в общественный парк, то должна заметить…
— Нет, кузина, вы уж помолчите! — мстительно перебил ее маркиз. — Ведь я договорился с вами, что вы поведете Лафру в Гайд-парк, так что, я считаю, во всем виноваты вы.
Фредерика, пряча лицо в платок, дрожащим голосом признала, что он прав.
— Не беспокойтесь! — сказал маркиз, обращаясь к молочнику.
— Это дело будет улажено! Ах, вот он, входи, Чарльз!
Мистер Тревор, ошеломленный сценой, открывшейся ему в библиотеке, сказал:
— Вы посылали за мной, сэр?
— Да. Эта моя балукистанская гончая, с которой кузина прогуливалась по моей просьбе, доставила мне неприятности. Мне грустно говорить об этом, но он… он недостойно вел себя среди коров в Грин-парке.
Мистер Тревор мог удивиться, но он был сообразительным молодым человеком, и предупреждающий взгляд, брошенный его хозяином из-под ленивых ресниц, был необязателен.
Он спокойно сказал, что весьма огорчен, и когда взглянул на «балукистанскую гончую», которая с интересом обнюхивала его ноги, только едва заметная улыбка в уголках рта нарушила его серьезную мину.
— Конечно! — сказал лорд. — Я так и думал, что ты тоже расстроишься, и убежден, что могу доверить тебе это дело.
Он улыбнулся и добавил мягко:
— Как всегда, на тебя вся надежда, Чарльз! — затем он повернулся к жалобщикам и сказал: — Мистер Тревор все уладит, я полагаю, ко всеобщему удовлетворению, так что следуйте за ним в его кабинет! Ах да! Это два служащих главного смотрителя парков, Чарльз, и работник фермы!
Он кивком отпустил своих посетителей.
Они охотно удалились, совершенно верно поняв, что щедрость маркиза не обделит никого из них, и чувствуя, что с мистером Тревором им легче иметь дело, чем с его хозяином.
Чарльз проводил их из комнаты и, когда они гуськом покинули ее, на секунду задержался, взглянув на Фредерику.
