— Зачем, чтобы защищать меня? Лафф это делает не хуже, клянусь вам!
— Чтобы ждать вас, носить покупки, вручать вам письма.
— Мне кажется, вы хотите сказать, что его не хватает для престижа.
— И это тоже, — ответил он.
Она задумчиво смотрела на него, потом грустно улыбнулась.
— Для респектабельности, как говорит Баддль! Он хотел, чтобы я взяла с нами Питера, но мне пришлось оставить его в Грейнарде, так как, во-первых, мистер Портс очень хотел его нанять, а во-вторых, мне показалось, что это излишние расходы.
Хотя, честно говоря, мне очень не хватает лакея; по мнению Баддля, сам он слишком стар, чтобы справляться со всем одному в этих ужасных лондонских домах.
— Вас смущают расходы? — прямо спросил он.
— Нет, я найму лакея, и он может заменить служанку, которая сейчас помогает Баддлю.
— Нет, доверьте это мне! — сказал он. — Нанимать лакеев, да еще лондонских, это не дело для молодой девушки.
— Спасибо, я вам так признательна! Но непонятно, зачем вам заниматься этим?
— Этим займется Тревор, он найдет подходящего человека и пришлет его к Баддлю.
— Тогда я буду признательна ему. — Она снова протянула ему руку. — Ну, прощайте, кузен.
— Еще не все! Если у вас нет неотложных дел, я мог бы отвезти вас к моей сестре прямо сейчас. Она хочет с вами познакомиться, и это прекрасная возможность съездить к ней.
Вздрогнув, она сказала:
— Да, но Черис! Ей ведь тоже надо пойти? Не покажется ли леди Бакстед это невежливым, раз она собирается ее представить на балу?
— Нет, отчего же, ведь мы ей все объясним.
Она сочтет более невежливым, если этот визит будет отложен.
— Но через день или два Черис уже будет в порядке!
— Надеюсь. Но, к сожалению, завтра я уезжаю в Ньюмаркет и пробуду там неделю. А нанести визит за две недели до бала будет нарушением правил приличия, поверьте мне.
Она растерялась.
— И правда! Она решит, что мы невоспитанные девчонки! Но я не одета для этого!
Он поднес к лицу монокль и оглядел ее через него.
На ней была ротонда под цвет ее волос, оранжевые ботинки из бумажной ткани и аккуратная маленькая шляпка со страусиным пером вокруг тульи. Он опустил монокль.
— Не вижу ничего неподходящего, — сказал он.
— Вы, может быть, и не видите, но будьте уверены, леди Бакстед примет меня за настоящую оборванку! Я ношу эту ротонду уже года два!
— Совсем не обязательно ей об этом сообщать.
— Вы правы! — сказала она мягко. — Она и сама это увидит.
