Фригидная для оборотня многоженца

Нужно только согласие большинства, и через несколько минут тут появится мой племянник, достойный волк, который поведет нас тропой света. А колдун из его стаи, проведет ритуал. Мы не позволим, чтобы нами манипулировали, продавали и предавали! Стая едина! — и издал боевой клич, подначивая всех присоединиться к нему.

— Рэй, а ведь и правда ты мог отказаться от боя. Ты ведешь в стаю непросто чужака, а изгоя, — Катарина встала рядом с Чарльзом. Ее густо подведенные глаза бегают. Там какие-то метания, нерешительность. Голос звучит обманчиво миролюбиво.

— Брат, я хочу услышать из твоих уст ответ, — Вальтер стоит поникший. За то время, что я его не видела, он еще сильнее похудел, и сейчас это длинная тощая тень. Он пропитан страданиями. Настолько сильно, что у самой слезы выступают на глазах. — Объясни нам мотивы своих поступков.

— Какая складная песня, Чарльз, браво, — Рэй хлопает в ладоши. Смеется. — И стратегия правильная — действовать на опережение. Тебе ведь нужно устранить меня до того, как все твои секретики выйдут на поверхность.

Ты изначально был против моей кандидатуры, осознавая, что рано или поздно я узнаю твою правду. И никогда не поддержу. Поначалу я не предполагал, как далеко ты зашел в своих играх.

— Замолчи! Мне стыдно называть тебя сыном! Путаешься выкрутиться, оболгав меня? — Чарльз начал нервничать. Движение резкие, хаотичные. — Не слушайте его! Он лишь вольет в ваши уши очередную порцию лжи!

— Отчего же, отец. Каждый имеет право высказаться. Нельзя судить, не позволив оправдаться, — Вальтер подходит к отцу, берет его за руку.

 — Ты высказал свои обвинения. Теперь черед моего брата.

— Вальтер, все ясно, я лично верю Чарльзу, — Катарина с ненавистью посмотрела в сторону оборотня. — Хоть мне и больно осознавать, что мой муж оказался таким…

— Соболезную твоим переживаниям, Катарина, — Рэй не скрывает лукавую улыбку на лице. — Ведь действительно есть причины для твоего крайне тревожного состояния.

— Ты еще смеешь издеваться? Ведешь себя как клоун. Какого ты слова заслуживаешь? Все очевидно.

Тут может быть только один приговор, — Чарльз кричит с запалом. Отталкивая пытавшегося его усмирить Вальтера.

— А вот стае, к примеру, не очевидно, как утратив истинную, ты с каждым годом набираешься сил? Расцветаешь и преображаешься. Радуешь нас своим добрым здравием, — Рэймонд стоит на одном месте. Спокойный, расслабленный. Никаких признаков тревоги. Эмоции скрыты под замком. А Чарльз после его слов заметно побледнел. Стиснул кулаки.