Фригидная для оборотня многоженца

Два народа научились мирно существовать. Волки очень быстро стали неотъемлемой частью общества. Принимали непосредственное участие в делах страны. Но все же жили обособленно.

Я предпочитала отгораживаться. Не замечать их. У меня был страх. Даже ненависть. Пусть и в людском обличье — они монстры. И на то у меня были подтверждения. Ужас, который никогда мне не забыть. Но долгие годы оборотни никак меня не касались. Опасное соседство не ощущалось. Я жила нормальной жизнью. И вот сейчас все разом, кошмары прошлого, предательство мужа…

— Я даже близко к оборотню не подойду! — вскочила и прижалась к стене.

— Ой, да всем насрать, что ты от страха несколько лет назад обделалась. Все уже решено.

Он ведь знал правду. Еще до свадьбы утешал меня. Нежно целовал. Прижимал к себе. Неужели все было ложью?!

— Ты не можешь… меня продать… — Шок. Паралич. Предательские слезы льются из глаз, — Невозможно… нет…

— Уверена? — жуткий хохот сорвался с некогда любимых губ.

— Никого ближе я не собираюсь узнавать, — закусила губу. Не хочу рыдать перед ним. Не хочу унижаться. А сдержать эмоции не получается. — Соберу вещи и через несколько дней уеду. И на этом все.

Повернулась. Надо выйти из комнаты. Надо побыть одной. Прийти в себя. Осознать случившееся.

— Вивьен! — раздается обманчиво-приторный голос мужа.

— Что еще? — даже не оборачиваюсь.

— Ты не поняла. Выметайся немедленно. Тридцать минут. И чтоб ноги твоей в моей квартире не было.

— Ты… совсем… — запинаюсь. Теряю голос. Он выбивает почву из-под ног.

Медленно поворачиваю голову. Стоит, пьет очередную порцию виски. Наслаждается моим падением. Такое ощущение — мог бы ногами затоптал. И его я любила? С ним хотела жизнь прожить? Мечтала о детях? Как не увидела игры? Почему не ощутила ненависти? Не бывает таких стремительных перемен. Никогда не поверю.

— Шмотье забирай.

Квартира принадлежит Джеку. Это его собственность до свадьбы. Мне чужого не надо. Но и выгонять в ночь — это уже за гранью моего понимания.

— Триумф, да? Справился со слабой женщиной? Жену на улицу вечером выкинул, — хватаюсь за дверь. Цепляюсь за ручку. Сжимаю металл до боли. — Герой… нечего сказать.

Иду в спальню, пошатываясь. В спину ударяет его довольный хохот.