Фригольд

И голос, злой и как будто изумленный:

Вспомнить? Что вспомнить? Череда внутренних видений сменяла друг друга: шеренги юных кадетов, застывшие на древней брусчатке, наполненные людьми учебные аудитории и голографические силуэты звездных кораблей, бегущая вдоль кромки бирюзового океана загорелая девушка Тайна, бесконечные ряды спасательных капсул, приподнятая платформа капитанского мостика с огромным обзорным экраном, россыпь звезд на нем, пульсирующая надпись «КРАСНАЯ ТРЕВОГА» с рядами неразличимых символов ниже, гладкая, идеально черная сфера, похожая на дыру в космосе, но окруженная едва заметным голубоватым нимбом… Видения сменялись в бешеном темпе и в них было зашифровано нечто важное, но боль не давала сконцентрироваться и понять — что именно…

Сознание возвращалось медленно, очень медленно.

Дикая боль пульсировала в голове, от каждого вдоха накатывала тошнота, страшно ломило все тело. Единственное, что я ощущал — желание, чтобы все скорее закончилось. Меня словно разбили, а потом кропотливо собирали заново, осколок за осколком, и с каждым новым кусочком становилось немного легче.

Появилось вялое удивление, что я еще жив. Ведь Марк — а других невидимок я не знал — скинул меня в разлом, и нужно было не только не разбиться при падении с десятиметровой высоты на острые камни, но и выжить среди инсектоидов, которые оттуда лезли в наш лагерь…

Почему я еще жив? Зрению мешала какая-то белесая пелена, словно мне надели плотную повязку, она облепила лицо и, похоже, все тело — связанный, будто засунутый в прочный эластичный мешок, я с трудом мог пошевелиться.

Где я? Что со мной произошло?

Я в Гнезде? Ужас на несколько мгновений парализовал сознание, но затем я прибегнул к давно знакомой методике дыхательной гимнастики, унимая колотящееся сердце. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Десять раз подряд, двадцать, тридцать… Проникающий внутрь воздух был мерзким на вкус.

Дьявол! Так меня хотят скормить материнской особи этих тварей? Это что, кокон? Нужно немедленно выбираться и попробовать сбежать! Я задергался всем телом, пытаясь освободиться, разорвать упругие путы. Безуспешно — эластичные, они лишь растягивались, но тут же сжимались вновь.