Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

Самому интересно.

Спасибо, Мироздание! Бог любит Хуана Шимановского! Теперь я точно знаю это.

Теперь мне как никогда надо было изображать кислую рожу, делающую вид, что у неё всё хорошо. Знаете, как это сложно, когда тебя распирает бегать и орать от радости? Нет, быть покеристом это искусство похлеще работы в королевском драмтеатре! Пожалуй, хватит с меня покера. В гольф наигрался, теперь и покером сыт.

— Сеньор Феррейра? — Голос крупье вывел из анабиоза размышлений, в который загнал себя, чтоб не спалиться.

Себастьян переводил глаза с карт на меня и обратно. Пытался понять, что у вашего покорного слуги на руках. Зал тоже был в прострации. Начались перешёптывания и обсуждения, что у меня может быть, и как лучше, по мнению каждого из обывателей, поступить. Такие ситуации, как сейчас на столе выпадают слишком редко, с колоссальными возможностями для обеих сторон. Надо пытаться вырвать из судьбы максимум, ибо…

Господи, да я даже не знаю, что «ибо»! Не будь валета на сукне, я бы скинул сорок лямов за здрасьте, так как был уверен, у Себастьяна каре.

Ладно, первый ход — его. Ждём.

— Пятьдесят миллионов, — «родил» Феррейра.

Зал ахнул и зашумел. Теперь и все остальные уверились — четвёртая дама у него.

— Двести, — произнёс я. Подумал и добавил. — Двести миллионов. Ререйз.

Снова зал ахнул. Таких ставок ещё не было. Сто — было. Но двести — перебор для молодых безработных юнцов.

— Не боишься? — сощурился Феррейра.

— Боялся бы — пасанул, — фыркнул я.

— Думаешь, я на халяву скину тебе шестьдесят один лям? — ещё больше оскалился он.

— А что, шестьдесят один миллион уже не деньги? — парировал егоколкость своею, сбивая Феррейра с мысли.

— Да, шестьдесят миллионов — деньги. — Согласие. — Но триста миллионов — лучше, чем шестьдесят, согласись? — Он пронзительно уставился мне в глаза, будто проткнуть взглядом хочет.

Дерек закашлялся. От неожиданности. Потом обратился ко мне:

— Сеньор Шимановский, я прошу прощения, но у нас в данный момент работает электронная система учёта. Информация поступает мне прямо в уши от помощников. И у вас на столе … До ставки сеньора Феррейра не хватает сорок четыре миллиона. Согласно правил…

— Сеньор крупье, сорок четыре миллиона для моего друга Хуана! — снова голос Эскобара.