Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

— Сорок четыре миллиона от губернатора Санта-Катарины, — согласно кивнул Дерек, и помощник с подносом кинулся к Пабло.

Я молчал. Сделал глоток оставшегося на дне кофе. Ещё. И ещё. Больше! Я хотел ещё больше! Но просить…

Нельзя просить. «Не верь, не бойся, не проси» — закон человеческих каменных джунглей. Даже выиграв, потом не отмоюсь от навязчивых напоминаний, что «я тебе помогал, сучёныш, помоги и ты мне». Нет, конечно, все, кто дал сегодня хоть центаво — на них моя рука никогда не поднимится, но хотя бы у них не будет повода бросать мне претензии в лицо.

Как же быть?

И тут судьба снова послала помощь. В виде человека, могущего читать как облупленного мои самые тёмные и потаённые мысли.

— Хуан, ты уверен? — Угадайте чей это прозвучал голос? — Потянешь?

Угадали. Катарины. Поверив в удачу, что это не сбой теории вероятности, а действительно рука судьбы, я замер на месте — она поймёт. Кивать нельзя.

— Хуан, у меня осталось только тридцать миллионов, больше просто нет. — А это Мигель Торнадо. С лёгким извинением в голосе.

Классный мужик, надо будет поднять и изучить его досье. Возможно ради помощи мне все «запасы на старость» выгреб.

— Тридцать миллионов империалов от ассоциации гонщиков без правил, — устало произнёс мистер Хьюстон — кажется, после расклада на столе он дал себе установку ничему не удивляться. — Сеньоры, есть ещё желающие сделать ставку, помогая сеньору Шимановскому? Давайте не будем юлить и признаем, многие сюда сегодня пришли поддержать этого молодого человека.

Вот так, рубанул открытым текстом то, что, как бы «не принято говорить вслух».

Дерек чувствует, что вечер подошёл к концу, и, возможно, это последний розыгрыш на сегодня. Сейчас это все чувствуют, оттого и подобрались.

Себастьяна при этих словах повело — ибо это он изменил правила. По своей инициативе. Хотел получить плюс себе, а сделал подарок мне. И никому не предъявишь.

— Сеньор крупье, могу я вначале задать сеньору Шимановскому личный вопрос? — прозвучал незнакомый голос… Пожилого человека.

В возрасте, но уверенного в себе, сильного духом — знаю таких старикашек. Всем молодым фору дадут. Я повернулся к говорящему… И обомлел.

— Конечно, но только прошу представиться. Я вас… Не узнал. Сеньор… — Это Дерек.

— Хименес, — произнёс я вместо пожилого сеньора, уже раскрывшего рот, чтобы назвать себя. — Карлос Хименес Марсианский. Консул ЮАИ в Самаре. Сеньор, сожалею за инцидент в Натюрморте, — взял я на себя больше, чем положено, и заговорил о постороннем.