Черт, только из нее эта зараза хоть немного вытравилась, а теперь, считай, опять вся эта жуть из всех щелей полезет.
— Подожди, — Фрэнк осторожно поставил валик в лоток, чтобы не расплескать краску. — Тэсса в жизни не согласится вернуться к инквизиторству.
— Не то чтобы Орден давал хоть кому-то свободу выбора. Да и наша Тэсса — солдат, ее специально дрессировали выполнять приказы. Добавь сюда чувство вины перед всем человечеством… ну, за то, что случилось в Лондоне. Она обязательно рванет туда, где сможет принести больше пользы.
— Она приносит пользу Нью-Ньюлину.
— Все человечество, — Холли широко развел руки, как рыбак, показывающий, какую огромную рыбу поймал, — Нью-Ньюлин, — и он сложил пальцы так, будто собирался взять щепотку соли.
Фрэнк немного подумал.
— Ладно, — сказал он, — не хочешь красить, не надо. Ты прав, в конце концов, ты и правда не маляр. Умеешь работать лобзиком?
— И мы такие спокойные, — прищурился Холли, — потому что?..
— Потому что Тэсса в жизни не согласится вернуться к инквизиторству.
Холли вдруг ухмыльнулся.
— Поспорим?
Фрэнк, задрав бровь, скептически уставился на него.
— И что мне поставить против миллионера?
— Если продую я, то покрашу весь второй этаж этой богадельни. Если продуешь ты — то будешь месяц печь мне на завтрак панкейки с клубникой.
— Тебе не нравятся мой панкейки, — буркнул Фрэнк.
— Это потому, что ты не подогреваешь молоко и яйцо просто вливаешь в муку, а не перетираешь его с сахаром.
— Черт тебя дери, Холли, я похож на человека, который будет перетирать яйцо с сахаром?
— Ну, — он неопределенно пожал плечами, грустнея глазами.
— Хорошо бы тебе таким и оставаться… Я хочу сказать, какой прок от всех этих панкейков, если Тэсса действительно уедет.
— Второй этаж, Леголас. Можешь начинать его красить уже сейчас.
За стеклам начал стучать дождь, и Холли стремительно крутанулся к окнам.
— Что? — беспокойно спросил он. — Сегодня? Опять? Нет, ну также нельзя издеваться над бедной девочкой!
***
— Дождик начался, — закричала Мэлоди, нога за ногу плетясь вверх по холму.
— Разве это не значит, что мы должны вернуться назад и выпить какао у доктора Картера?
— Совершенно не значит, — безжалостно отрезала Тэсса. — Сегодня дежурство Джулии, а значит, мы обойдемся без того жуткого потопа, который устроил нам Йен Гастингс.
— Ты злая.
— Само собой разумеется.
Девчонка посопела, накинула на рыжие волосы капюшон и сердито сунула руки в карманы.
— Камила сама виновата, — заявила она.
