Эго, как у Холли, — недостижимый пьедестал.
— И все же, — спросил доктор Картер, — что ты будешь теперь делать?
Тэсса вздохнула.
Глава 04
— Стало быть, цирк, да? — милая кудрявая пекарша с таким жаром смотрела на него, что он поневоле чувствовал себя загнанным в ловушку. — Я хочу сказать — ого! Должно быть, весьма увлекательно.
— Очень, — он подмигнул ей, изо всех надеясь, что это выглядит не слишком фальшиво. Дермоту не повезло с внешностью: он родился красавчиком.
Это доставляло ему массу проблем, ведь он вовсе не стремился обнажаться перед женщинами, хотя и хотелось, очень.
Ну ладно, пусть их и не приводили в восторг его крылышки, но они могли бы хотя бы попробовать к ним привыкнуть или, скажем, просто не обращать внимания. Никто же не верещит: «ой у тебя на плече бородавка» или «а-а-а, это шрам». Так с чего бы там нервно реагировать на другие … индивидуальные особенности внешности?
Хуже всего была его первая, Глори. Ради всего святого, им было всего по семнадцать, он даже не собирался заходить слишком далеко, а она… Эта мелкая дрянь настучала на него инквизиторам, вот что она сделала.
И Дермот целых три месяца провел в орденской лаборатории, где на нем ставили всякие опыты. Они тестировали, как он ведет себя, когда злится, когда напуган, когда голоден, когда хочет спать и далее, и далее. Они даже искусственно повышали ему уровень агрессии или вгоняли в депрессию прежде, чем выпустили, наконец, на волю, выдав справку о том, что Дермот не опасен для общества.
Он чувствовал себя действительно потерянным тогда, настолько, что переехал из родного городка в Лондон, надеясь затеряться в толпе. Но невезение не может взять и закончится просто так. Потому что Дермот, не успев даже снять комнату, очутился прямо посреди безумия, охватившего город. Это было похоже на свихнувшийся ураган, который крушил все, без разбора. И Дермот поддался этому безумию — его будто подхватила неведомая сила, подарившая ощущение и власти, и могущества.
Это было опьяняюще, невероятно, захватывающе. Все было можно, все было дозволено, и не осталось ничего, что могло бы остановить тебя.
Он плохо помнил ту ночь, осталось только смешанное чувство тоски и ужаса. А вот то, как он хохотал наутро, прочитав в интернете о том, что все это из-за инквизитора, Дермот помнил ярко. Чертовы лицемеры из Ордена — они месяцами издевались над ним из-за крохотных крылышек, тогда как сами творили все, что им вздумается.
