— Послушайте, — сказала Тэсса, — вы преувеличиваете масштаб трагедии. Я больше не гожусь для оперативной работы, у этой штуки с уничтожением монстров — короткий срок годности. Год-два-пять, не больше. Я была действующим инквизитором пятнадцать лет, рекорд, который до сих пор не побит. Орден не станет рисковать, отправляя меня в поля. Возможно, речь идет об образовательной или исследовательской миссии, что можно делать и удаленно.
— Ну да, — ехидно ответил Холли, — ты же у нас величайший мыслитель. Прости, Тэсса, но мне даже сложно представить тебя с книжкой в руках.
Она не обратила на него никакого внимания.
— Или, если орден даст мне право выбора, — продолжила Тэсса задумчиво, — мне бы хотелось получить дополнительное образование в области психологии. Реабилитация, тестирование и поддержка таких же инквизиторов, как и я.
— В этом есть смысл, — согласился Фрэнк.
— Никакого, — тут же возразил Холли. — Тэсса, ты даже о своих чувствах не можешь сказать вслух, как ты собираешься говорить об этом с другими?
— Эй, — она легко дернула его за волосы.
— Я же учусь.
— Это правда, — согласился он. — Ты учишься, Фрэнки учится, я учусь. Мы такие умники.
Его голос повеселел, и Холли вскочил на ноги, стремительный и снова бодрый. Пятиминутка нежности закончилась.
— Я бы что-нибудь выпил, — сообщил он, — у нас ведь есть выпивка? Только не мое розовое шампанское, оно предназначено для радости, а не тревожности.
— Вроде было пиво, — припомнил Фрэнк, неохотно вставая. Где там его джинсы, куда Тэсса их зашвырнула?
— Фу, — скривился Холли и с топотом понесся вниз.
Фрэнк подал руку Тэссе, помогая ей встать.
— Чтобы исцелять других, нужно исцелиться самой, — сказал он тихо.
— Я думаю, что в порядке, — ответила она. — Комиссия, конечно, скажет наверняка, но мне кажется, что теперь я в порядке. Ты видел, как я справилась, когда этот мальчик-циркач упомянул Лондон?
— И к слову об этом, — Фрэнк нашел джинсы за креслом и натянул их. Тэсса ограничилась только футболкой, довольно короткой.
— Ты не думаешь, что от Дермота будут проблемы?
— Покажи мне жителя Нью-Ньюлина, с которым не было проблем, — хмыкнула она.
На кухне Холли достал себе упаковку клубничного молока и теперь потягивал его из трубочки, сидя на столе и болтая ногами. Фрэнк открыл пару банок пива, себе и Тэссе.
— Он попробовал тебя, — хмуро сказал он. — Ну, этот мальчик-циркач. Вкусил твою силу в Лондоне.
— Звучит как-то жутко, — поежился Холли.
