Андрей наклонился к уху пассажира:
– Гражданин, проверьте свои карманы.
Толстяк схватился за один карман, за другой, задышал шумно, потом неожиданно заорал:
– Обворовали! Держи вора!
Пассажиры недоуменно переглядывались.
Гиви сразу стал пробираться с задней площадки трамвая вперед. В середине трамвая он ухватил за руку молодого парня, но Андрей досадливо покрутил головой – воровал не этот. Однако Гиви свое дело знал.
В трамвае зашумели, закричали, каждый подозрительно смотрел на соседа.
Кондуктор закричала:
– Остановка!
Вагоновожатый остановил трамвай.
Гиви поднял руку:
– Минуточку, граждане! Милиция. Вожатый, открой переднюю дверь.
Первым вышел Андрей, за ним – толстый потерпевший – он вытирал платком вспотевший лоб.
За ним попытался выскочить воришка, но Андрей тут же схватил его за руку.
– Ай, больно! – заорал тот.
Сердобольные женщины сразу закричали:
– Отпусти ребенка, костолом!
Андрей попросил выйти двоих пассажиров понятыми и при них обыскал воришку. Как и следовало ожидать, кошелька при нем не оказалось.
– Гражданин, какого цвета был кошелек?
– Черный.
Женщины продолжали кричать из вагона:
– Отпусти ребенка, видишь – у него ничего нет!
Гиви вытолкал из вагона сопротивляющегося парня. Лет двадцати пяти, деревенского вида, он всячески разыгрывал возмущение.
Андрей обыскал его и выудил из кармана сразу два кошелька.
Потерпевший дядька сразу воскликнул:
– Мой! Вор он!
И замахнулся на парня.
– Граждане, – обратился к пассажирам Гиви, – чей второй кошелек? Проверьте сумочки и карманы.
Второй кошелек никто не признал своим.
– Вожатый, можно следовать дальше.
Вагоновожатый ручкой закрыл дверь, и трамвай пошел дальше.
Понятые заканючили, как всегда:
– Нам некогда, мы по делам.
– Граждане, где же ваш гражданский долг?! – оборвал их Гиви. – Как не совестно?
Но один из понятых тут же ответил:
– Это вам должно быть совестно! Развели воров! Честному человеку в трамвае спокойно проехать нельзя!
– Как же я вора посажу, если вы понятым быть не хотите? Или мне его отпустить?
Воришка тут же запричитал, загнусавил:
– У меня же ничего не нашли! Не виноватый я, отпустите!
– Ты и украл, – ткнул ему в грудь пальцем Андрей.
– Я сам видел, а этот – подельник твой.
Всей гурьбой они прошли в отделение милиции и оформили протоколы. Понятые ушли, а вора и его подельника определили в камеру.
Потерпевший протянул руку к своему кошельку, лежащему на столе дежурного, но тот мягко остановил его:
– С кошельком пока погодим, гражданин.
