Как только магазин открылся, он сразу направился к директору, представился и показал удостоверение.
– Чем могу быть полезен? – Директор был сама учтивость."
"– Я бы хотел понаблюдать, желательно незаметно, из какой-нибудь подсобки, за ювелирным отделом.
Директор стразу встревожился:
– Что-то не так? У нас хищения, или бандиты хотят налет совершить?
– Ни то, ни другое. Вы что-нибудь слышали о фальшивых сторублевках?
– В Мытищах и Ивантеевке? Говорило начальство. Я своих ювелиров собирал, говорил о бдительности в свете текущего момента.
– И еще один случай был, в Пушкино уже.
– Ай-яй-яй, не слышал еще. Все сделаю, как надо.
Директор отвел Андрея к ювелирному отделу.
– Наталья Ивановна, товарищ из милиции, посидит у вас в подсобке. И организуйте ему халат, вроде как подсобником он у вас будет.
– Хорошо, я поняла.
Продавщица была молоденькой, хоть директор и назвал ее по имени-отчеству. Стрельнув любопытными глазками в сторону Андрея, она принесла ему сильно потрепанный халат.
– Извините, других у нас нет.
Это грузчика, другие женские.
Андрей натянул халат и уселся в подсобке на табурет, оставив дверь приоткрытой. Здесь было темно, и от прилавка его не было видно.
Часам к одиннадцати пошли покупатели.
«Черт, – с досадой подумал Андрей, – продавщицу предупредить забыл, чтобы обзор не перекрывала».
А она, как специально, то перед дверью встанет, то немного в стороне, то наклонится. Вид был соблазнительный, Андрей – молодой парень, и он начал отвлекаться. Первоначальное напряжение спало, и ему стало даже скучно.
А после обеденного перерыва, когда он успел в туалет сбегать, и вовсе тоска накатила. Он уже начал клясть себя последними словами, что не послушал опытного сыщика и настоял на своем.
Андрей стал поглядывать на часы. Уже шестнадцать, через четыре часа универмаг закрывают, а никого похожего так и не было.
И вдруг сердце его забилось: у прилавка стоял мужчина, немного за тридцать, в цивильной одежде, но главное, что привлекло внимание Андрея – усики.
Андрей приподнялся с табуретки и впился взглядом в лицо покупателя. Нет, ни на одном фото в личных делах он его точно не видел. Память на лица у него была отменная, можно сказать – фотографическая.
Мужчина прошелся перед прилавком вправо-влево, потом остановился:
– Девушка, выпишите мне вот этот портсигар.
– Он дорогой, сто тридцать рублей.
– Я не слепой, ценник вижу.
Наталья, не споря, выписала товарный чек.
– Пройдите, пожалуйста, в кассу.
