А любовь выливающаяся на головы детей, брошенных матерями на сумасшедших папаш, еще и безжалостна.
– Может не поедем? – с надеждой смотрит на меня малышка, и мне ужасно хочется поддаться. – А папе скажем, что я фуагры накрутила.
– Фуэте, – притворно хмурясь поправляю маленькую балерину, путающуюся в терминологии, но больше сдерживаться не могу. Начинаю хохотать, обваливаясь на кровать рядом с заливающейся смехом Маришкой.
– Папе нельзя врать, – говорю отсмеявшись, и все же натягиваю на ножки ребенка так и болтающиеся, словно макаронины колготины.
– А почему тогда ему можно меня обманывать? – вдруг совсем серьезно говорит Маришка. – Он говорит, что меня любит, а сам все время уходит куда-то. Говорит, что не бросит никогда, но его всегда нет дома. А няньки все глупые. А еще он с некоторыми целовался, я подсматривала.
Меня затапливает чувство жалости, и я не знаю, что ответить малышке. Просто в ступоре.
– Я поговорю с твоим папой. Обещаю, – вздыхаю, гладя по непослушным кудряшкам смешную девочку, вспоминая свое детство.
– И по поводу танцев тоже. Но подсматривать все же нехорошо. Обещаешь, что больше не будешь?
– Спасибо, – шепчет Маришка и вдруг порывисто обнимает меня. И я точно знаю, она боится, что я ее сейчас оттолкну. – Обещаю.
– Я решила, сегодня танцев не будет, – шепчу я в растрепанную макушку, прижимая тоненькое тельце к себе как сокровище.
– А что будет? – вспыхивает глазенками малышка. – Вечером нарядимся и пойдем в театр, с твоим папой. А сейчас поедем за нарядами.
Не можешь же ты идти на «Зайку в гостьях у Ежика» в джинсах и футболке с плащом. Это не по-театральному совсем.
– И бинокль возьмем? – скачет зайчишкой моя воспитанница.
– И подзорную трубу, – мне давно не было так легко и хорошо. Я понимаю, что замещаю свои воспоминания, и потом мне будет даже больнее. Но сейчас у меня есть эта славная девочка, и сердце рвется от любви к ней и желания укрыть и сделать ее счастливой. – Твой папа меня убьет.
Ярцева на горизонте не видно и это радует.
Я очень надеюсь, что мы успеем сбежать, пока этот медведь очухается. Горничная провожает нас до двери, рассматривая меня с неприкрытым интересом, явно пытаясь понять мое положение в этом доме.
– Макар Семенович сказал, что вы можете воспользоваться любым автомобилем из гаража. Ключи возьмете у охранника. Если вы не умеете, вас отвезут. В навигаторах автомобилей есть адрес балетной студии хозяйки. Воспользуйтесь. Это мобильник для связи с вами.
