Гадюка в сиропе

– Она не кусается, – повторила женщина, – просто хочет сигарету, уж извините.

– Собака курит? – изумилась я.

– Нет, конечно, просто съедает.

– Странная привычка.

– И не говорите, – вздохнула она, – у нас раньше соседи были на лестничной площадке, Казины. Так их сын, Андрюша, тот еще балбес, брал сигареты, обмазывал шоколадом и давал Снаппи. Теперь пес у всех курево отнимает!

От неожиданности я сама чуть было не съела сигарету. Надо же, какая удача!

– Вы хорошо знали Казиных?

– Мы соседи, – ответила тетка.

– А Андрюшу помните?"

"– Прекрасно. Безобразник и хулиган. Мой сын от него натерпелся. Мы даже жаловаться ходили к директору, чтобы мальчишку из нашего класса перевели, сам не учится и другим не дает. Только ничего не вышло, слава богу, в восьмом классе он ушел в какое-то ПТУ, то ли на шофера учиться, то ли на слесаря. А по мне, если честно сказать, Людка, мать его, врала. Бандит он стал, самый натуральный.

– С чего вы так решили?

– По ночам приезжал на роскошной машине, а в руках пакеты из супермаркета.

– Ну и что?

– Так в 1991 году! Помните, какие жуткие цены тогда в этих магазинах были? Простому человеку не подступиться, только бандиту.

– А мать его жива?

– Людка? Спилась совсем и померла. А вам зачем? И вообще, кто вы?

Отчего-то мне стало жарко и тоскливо. Бегаю, бегаю по городу, пытаясь помочь Лене, и все время налетаю на покойников, просто отчаянье берет. Наверное, от расстроенных чувств я вытащила из сумочки красивое бордовое удостоверение с золотыми буквами ФСБ на обложке, купленное мной за пятьдесят рублей в переходе между станциями «Тверская» и «Чеховская», и весьма агрессивно рявкнула:

– Агент Романова.

– Ой, – пискнула тетка и отпустила собачку.

Обрадованный Снаппи подскочил ко мне и моментально вырвал из рук так и не зажженную сигарету.

– Ваше имя, фамилия, отчество, – потребовала я.

– Лимонова Алла Марковна, – пробормотала сплетница.

– Пошли, – велела я.

– Куда?

– К вам домой, разговор есть.

Уж не знаю, какой женой и матерью была госпожа Лимонова, но кофе она варила отличный.

Первый раз меня угостили не растворимой бурдой из железной банки, а ароматным кофе из натуральных зерен. Впрочем, Алла Марковна обладала еще одним, бесценным для меня качеством – редкой болтливостью. Нужно было только сидеть тихо, фильтруя невероятное количество информации, выливаемой на голову.

Казины, мать и дочь, въехали в дом в 1976 году, обменялись квартирами с супружеской парой, проживавшей тут раньше.