Единственный, с кем она готова была возиться и кому улыбалась, — это Умник.
К Галине ребенок относился с вниманием и легким удивлением. Создавалось впечатление, будто Лёка пристально изучает Галю, и некоторые поступки вызывают у нее недоумение и интерес.
Петру девочка старалась избегать, по той простой причине, что у кухарки всегда находилось какое-нибудь задание для Лёки. Почистить овощи, помыть посуду, подмести полы. Из-за этого ребенок старался избегать кухни и ее владычицы. Петра, в свою очередь, была убеждена, что Лёка ленивая и избалованная, раз не желает помочь даже в таких мелочах.
— Итак, — дождавшись, когда обе спорщицы успокоятся, продолжила Галина Николаевна, — кто этот молодой человек?
— Его зовут Йорган, — отозвалась нехотя Лёка. — Мы из одной… группы.
Галина кивнула и задумалась. Её не удивило, что уличные карманники сбиваются в банды, так легче выжить. Она подозревала, что у них существуют свои законы и правила, которые ни в коем случае нельзя нарушать. Лидер у них точно есть.
Возможно, Паком прикрывает их от закона. Интересно, какие дела его связывают с сыном барона? Нормально ли для местной аристократии водить тесную дружбу с представителем преступного мира? Впрочем, Галина фыркнула, ничего странного в этом нет.
— Что у вас тут происходит?
Они все подпрыгнули от неожиданности. Даже Умник, тихо сидящий неподалеку, вскинулся, а потом возмущенно и обвиняюще запищал. Видимо, зверек очень внимательно прислушивался к разговору, раз не обратил внимания на приближение еще одного человека.
— Святые девы, помилуйте, — пробормотала Петра. Даже при свете свечей ее лицо казалось белым, обескровленным.
— Безрукий тебя задери, — ругнулась Лёка. Она сердито глянула на стоящего в дверном проеме аристократа.
Галина выдохнула.
— Ничего интересного, — ответила она, когда сердце в груди перестало отплясывать румбу.
Легран явно не поверил. Он сузил глаза, а потом с подозрением окинул их живописную компанию, полностью игнорируя все еще возмущенно попискивающего Умника.
Остановив взгляд на лежащем парне, Эруард нахмурился.
— Мужчина? — он вздернул бровь, требовательно посмотрев на Галю.
— Всего лишь ребенок, — непонятно с чего вдруг встала на защиту мальчика Галина Николаевна.
— Мужчина, — настоял сын барона. — Ночью. В твоих покоях.
Галя закатила глаза. И ведь она точно знала, что Легран все понял правильно, но по какой-то причине ему хотелось немного ее подразнить. Она вообще никак не могла его понять.
