Гамбит принца

Дэмиен почувствовал неумолимые механизмы планов Регента, которые во дворце только начинал ощущать. Впервые он мельком взглянул на усилия и планирование, которые потребовались, чтобы остановить его. Мысль, что Лорен с разумом змеи, как он есть, мог быть единственным, что стоит между Регентом и Акиэлосом, холодком пробежала по спине. Страна Дэмиена была уязвима, и он знал, что его собственное возвращение временно ослабит Акиэлос еще больше.

Он был осторожен, когда приближался к гостинице, но она казалась спокойной, по крайней мере, снаружи.

И тогда он заметил знакомое лицо Чарльза, рано проснувшегося торговца, который направился к пристройке для разговора с конюхом.

— Мой господин! — воскликнул Чарльз, как только увидел Дэмиена. — Здесь были люди, которые разыскивали тебя.

— Они все еще здесь?

— Нет. Вся гостиница стоит на ушах. Витают слухи. Правда ли, что юноша, сопровождавший тебя, — Чарльз понизил голос, — был Принцем Виира? Замаскированным под, — голос стал еще тише, — проститутку?

— Чарльз.

Что случилось с людьми, которые были здесь?

— Они ушли, а потом двое из них вернулись с расспросами. Должно быть, они узнали, что хотели, потому что они выехали отсюда. Минут пятнадцать назад.

— Они выехали? — спросил Дэмиен, и его желудок сжался.

— Они направлялись на юго-запад. Мой господин, если есть что-то что я могу сделать для моего Принца, я к твоим услугам.

На юго-запад вдоль Виирийской границы к Патрасу. Дэмиен обратился к Чарльзу:

— У тебя есть лошадь?

* * *И так началась третья погоня за эту очень длинную ночь.

Кроме того, что сейчас было утро. После двух недель проведенных в шатре Лорена, Дэмиен точно знал узкую горную дорогу, которую выберет гонец — и как просто будет убить его на пустынном извилистом пути. Двое преследователей, по-видимому, тоже знают это и попытаются перехватить его на горной дороге.

У Чарльза была очень хорошая лошадь. Догонять наездника в погоне не сложно, если знать, как это делать: нельзя гнать во весь опор. Нужно выбрать ровный темп, который лошадь сможет поддерживать, и надеяться, что те, за кем гонишься, вымотали своих лошадей во вспышке раннего энтузиазма или же просто скачут на плохих лошадях.

Будет проще, если знать лошадь, точно знать, на что она способна. У Дэмиена не было этого преимущества, но гнедой мерин торговца Чарльза звонко ударил копытом и встряхнул мускулистой шеей, подразумевая, что способен на все.

Местность стала каменистой, когда они приблизились к горам.