Однако этого не случилось: лестница кончилась раньше, чем упал этот неосязаемый барьер. Они прошли через арку и оказались на гладком прямом выступе чаши, которая, по-видимому, была конусообразным кратером небольшого вулкана. Крепкие стены поднимались от спокойной воды; это серебряное зеркало не отражало света, потому что света над ними не было, даже света звезд, оно содержало в себе мрак, словно это была не вода, а расплавленный металл.
— Зеркало, — сказала Иллиль очень тихо, потому что они вторглись сюда и потревожили что-то огромное — выше человеческого понимания, — что-то такое древнее, полное силы и власти, что Нейл поднял руку с мечом и заслонил лицо.
Горячие пальцы Иллиль потянули его руку вниз.
— Смотри! — скомандовала она столь повелительным голосом, что он невольно повиновался."
"Спокойное блестящее зеркало, обширное, как океан, и достаточно мелкое, чтобы его можно было вычерпать пригоршнями, растягивалось и сжималось, притягивало и отталкивало. И над всем этим эмоциональным стрессом Нейла — страхом и благоговением — рос болезненный голод.
То, чего он желал больше всего, не приходило. Здесь тоже был барьер между ними и тем, что ожидало вдали, чем-то таким удивительным, таким изменяющим разум, что Нейлу захотелось громко закричать о разрушении своих надежд, разбить этот барьер мечом. Здесь было все знание, а он не мог до него дотянуться! Из глубин своих желаний и печали Нейл услышал крик Эшлы. Этот звук вернул Нейла к реальности, он увидел и понял не то, что могло быть, а то, что было.
Девушка перегнулась через край над Зеркалом и смотрела в него, как недавно в ручей, когда к ней впервые пришло сознание ее изменения. Но теперь в ней не было ни страха, ни отвращения. Нет, она, как Нейл, оплакивала потерю того, чего не имела, не могла достичь. Нейл опустился на колени рядом с ней и обнял ее. Им было хорошо вместе, потому что к ним пришло окончательное поражение.
— Мы обмануты? — прошептала она наконец.
— Так и должно быть, — ответил он, зная, что говорит правду.
— Мы — только часть тех, кто должен стоять здесь. Мы — Иллиль и Айяр, но мы также Нейл и Эшла. Если бы мы были только теми или другими, мы были бы либо полностью напуганы, либо… получили бы все.
— Я не могу… — она закрыла руками мокрое от слез лицо. — Как может человек идти к знанию, которое здесь есть, и не получить его? Это наказание свыше.
— Ты уверена, что так будет всегда — наказание в финале? — твердо начал Нейл и сам себе удивился.
