Гардемарин (СИ)

Случись непогода, парус послужит нам укрытием, и из него же можно будет соорудить устройство для сбора питьевой воды, да и если сорвёт наш главный «двигатель», его будет чем заменить. Кроме того, все наши припасы, так же требовали защиты от солёной воды и были плотно упакованы в запасной марсель с галеона.

Как только на небе появились первые звёзды, я сориентировался и указал направление, куда нам следовало плыть. Берега видно не было, однако он должен быть не далеко. Мимо континента не промахнёшься, главное не сбиться с курса и не попасть в ближайшее время в шторм, который снесёт нас с курса.

Ветер почти встречный, поэтому придётся идти галсами, что на плоту будет чертовски сложно, но я был полон оптимизма. Выжив в кровавой мясорубке абордажного боя, будет глупо утонуть возле берега! Да и французские шлюпы, должны вернуться на место недавнего боя галеона, чтобы спасти выживших. Ещё недавно мы слышали артиллерийскую канонаду, значить как минимум одного подранка, которого я лишил мачты, и которому мы основательно проредили гребцов и наделали пробоин, французы догнали. Вот разберутся с ним, отправят на дно, и нас искать пойдут!

Распределив вахты, так что бы на дежурстве всегда было по два человека (один на румпеле, второй на парусе), задействовав всех кроме Ива, я приказал всем кроме дежурной смены отдыхать, взяв первую вахту на румпеле на себя. Надо приноровиться к управлению этим плавсредством, на таком мне ещё не доводилось плавать.

— Ложись спать Ив — велел я мальцу, который после постройки плота, сидел с потерянным видом.

Он беспрерывно шептал молитвы, и даже набожные канониры, стали уже смотреть на него косо. И правда, с виду пацанёнок был похож на сумасшедшего, глаза широко открыты и смотрят в никуда — завтра трудный день, надеюсь нас подберут шлюпы, если нет, то мы без всяких сомнений сможем дойти до берега.

— Воздалось нам за грехи наши Виктор. Кто согрешил меньше, тот уже умер и отправился в ад сразу, а нам ещё страдать тут. Нас не подберут завтра и до берега мы не дойдём, мы в чистилище! — выдал мне Ив, замогильным голосом.

Канониры, которые ещё тоже не спали, глухо заворчали и бунта ждать я не стал.

С трудом подняв своё израненное и избитое тело, которое начало напоминать мне, что всё же сегодня меня основательно били, бросали с надстройки и резали, я подошёл к мальчику и ногой спихнул его в воду. Раздался крик ужаса. Ив, оказавшись в ночном море, забился и попытался взобраться на плот, но я не давал ему этого сделать.