Гарем вне закона

Рука Медовики скользнула по талии Пушинки вниз, ладонь почти полностью легла на её попку… Лицо садовницы окрасилось румянцем… Она не сделала никаких попыток остановить старшую сестричку или отстранится. Наоборот, кажется, ещё плотнее к ней прижалась.

Мне кажется, или Сахаринка мне что-то не договорила про запрет на любовь в Мирмеграде?

– А мирмециям обязательно для того, чтобы покушать, целоваться друг с другом? – спросил я.

– Наш народ должен обменивается едой хотя бы раз в день, иначе можем заболеть, – пояснила Сахаринка.

– Такова особенность нашего пищеварения.

– Понятно, понятно, – кивнул я и саркастически хмыкнул. – Поцелуйчики с милыми сестрёнками в вольном Мирмеграде у нас строго по расписанию каждый день.

– Это не поцелуйчики! – Сахаринка одарила меня возмущённым взглядом. – А обмен едой!

– Ага, ну извините. Видимо, я просто не учёл разницу в культурах, – миролюбиво пояснил я. – Просто, у нас, чужеземцев, во время приёма пищи друг друга за попы обычно не щупают… Видимо, мирмециям это необходимо для более качественного пищеварения.

Прямая стимуляция, так сказать.

– Нет, нам ничего такого не нужно, – Сахаринка смотрела на меня с подозрением. Похоже, суровая дева-воительница совершенно не умела в сарказм. В её кристально чистых глазах я не видел ничего кроме искренней веры в Незыблемые Истины. Щупанью за упругие попки там места не оказалось. Даже если по факту это самое щупанье маячило перед глазами.

В любом случае я очень хочу в это самое Подземелье Речи. Кажется, Обратная сторона его упоминала в профиле Мирмеграда.

Где же ещё прокачиваться игровому персонажу, как не в данже? Да, я Король гарема, и прокачиваться, видимо, могу ещё и альтернативным способом, но… гарем для начала ещё надо собрать.

И надо будет чуть попозже расспросить Сахаринку про Речь. Выяснить, что мирмеции знают про неё. Про свой интерфейс пока говорить ничего не буду. Сначала надо понять, что да как, какая обстановка, а потом уже решать, стоит ли раскрывать карты или пока попридержать.

Задумавшись, я оступился и рухнул в придорожную выбоину.

К счастью для меня она оказалась не глубокой. Отделался лишь несколькими лёгкими ушибами.

– Сука! – не выдержал я, потирая ушибленную ногу. – Больно-то как…

– Не ругайся, чужеземец! – Сахаринка недовольно посмотрела на меня, но всё же подала руку, помогая подняться. – Житель Мирмеграда должен быть благовоспитан и своим поведением подавать пример окружающим! Если, ты, конечно, хочешь получить наше гражданство.