И тогда уже решим, кто из вас хитрее и сообразительнее.
— Я… я обязательно что-нибудь интересное придумаю! — пообещала королева, — Но попозже… Можно через пару дней?
— Что ж, почему бы и нет, — сказал я."
"— Ня-я-я, это нечестно! — возмутилась Ника, — Я против отсрочки!
— Так решил судья. То есть я, — напомнил я кошкодевочке о текущих раскладах, — Пусть Эгина немного подумает и выдаст достойный королевы перфоманс, который бы меня порадовал.
— Нечестно! — кошкодевочка продолжала возмущаться, — Ня!
Ещё чуть-чуть и зашипит.
Царапаться начнёт.
— Ты сама признала меня судьей, — напомнил ей я, — А теперь заднюю даёшь?
Ника надулась, распушила хвостик, стоящий торчком, и отвернулась. Ну всё. Кажется, она обиделась.
— Королева может приказать фрейлинам придумать что-нибудь за неё, — недовольно произнесла Ника спустя пару секунд, не оборачиваясь, — Я более чем уверена, что она именно так и сделает.
— Нет! — Эгина хлопнула ладонью по одеялу, возмущенно глядя на Нику. От мощного удара по кровати прошла дрожь, кровать аж подпрыгнула.
Как она вообще не разломалась? Кажется, от возмущения Её Милфшество практически перестала контролировать свою силу.
— Мы даём королевское Слово, что придумаем Сами! Без подсказок! — заявила Эгина, сев и гордо распрямившись.
Ух, моя девочка… растёт! Интеллектуально развивается! Я почувствовал гордость за Эгину.
— Что ж, ну раз мы вроде все пришли к соглашению, — я тоже присел и поманил к себе девчонок, — Давайте уже перейдём ко второй части нашего ночного мероприятия.
Все девочки отдохнули?
— Да-а-а! — хором протянула троица, сверкая счастливыми глазами.
Вместе мы провели ещё много времени. Много-много хорошего времени… И только под утро нас всех сморил сон. Так и заснули, крепко обнявшись, все четверо.
Я проснулся, словно от резкого толчка. Не знаю. что меня разбудило. Скорее, некое предчувствие или что-то вроде того?
Открыв глаза, я по инерции пожмакал за грудь Эгину, а потом Сахаринку. Обе обнажённые девушки сопели в обе дырочки, прижавшись ко мне с боков.
Спали они словно убитые и не торопились приходить в себя. Словно их заколдовали.
Кошкодевочки рядом не было.
— Да что ж с тобой не так, Слава, — услышал я голос Ники поблизости, — Почему ты так нагло игнорируешь мою магию? Да ещё и второй раз за сутки…
Я рывком сел. Ника, полностью одетая с и посохом в руке, стояла около настежь распахнутого окна. Во второй руке у Ники блестела… золотая корона Эгины!
Я бросил взгляд на прикроватную тумбочку.
