Гарольд Дурсль

Люциус обреченно прикрыл глаза и позвал эльфа.

- Принеси остальные подарки юного лорда.

Новая метла потребовала немедленной обкатки, так что завтрак был предсказуемо сорван. Лестрейнджи извинились за полное безденежье и пообещали, что в следующем году, когда Сайфу исполнится пятнадцать, и он получит доступ в семейное хранилище, они возместят все подарки за прошедшие дни рождения. Томас и Люпин видимо сговорились. Потому что преподнесли «очень нужные книги».

День рождения забыли уже на следующий день.

И вновь взялись за воспитание будущей боевой пятерки. Одновременно юную компанию целенаправленно натаскивали по правилам светского этикета. К дню рождения Гарри уже «держал спину», пользовался всем разнообразием столовых приборов и знал, что при появлении дамы следует вставать с места. Кстати, в их чисто мужском коллективе появилась дама. Тетушка Мардж приняла предложение Люциуса и переехала в имение.

Малфой мог сколько угодно разглагольствовать о намерении вывести чистую линию крупов и улучшить породу английских бульдогов, Гарри знал, что причиной переезда тети было желание защитить его последнюю родственницу.

С ее приездом у мальчиков появилась возможность отдохнуть от занятий. Тетушка с радостью прикрывала их от преподавателей, заявляя, что общение с собаками тоже полезно. Пусика она боготворила, единственно сокрушаясь отсутствию пары. Люциус наоборот не знал, кого благодарить за невозможность найти адскую суку.

Впервые услышав это определение, Рабастан мрачно пробурчал, что одна такая у них точно есть, и с ней надо что-то решать. Тонкс в подвале обжилась. Гарри несколько раз навещал ее и видел, что живется ей неплохо. Охапка соломы, которой пугал Рудольф оказалась вполне приличной кроватью. Всякий раз при виде Гарри девушка начинала ругаться. Она обвиняла его даже в том, что оборотень укусил именно ее.

- Почему, - кричала она, - почему он кинулся на меня? Не на тебя, не на кого-то другого, а именно на меня? Если он хотел крови Блэков, то почему не сожрал Малфоя?

Сайф тоже заходил к ней.

Но о матери он спросил только однажды. Он спросил, вспоминала ли мама о нем хоть один раз? Нимфадора с явным наслаждением ответила, что у Бэллы есть только один ребенок, и это она. Дочь. А не бесполезный и никому не нужный мальчишка. После этого срочно вызванный Томас долго и осторожно разжимал вцепившиеся в решетку пальцы Сайфа.