Гарольд Дурсль

Гарри впервые увидел его живьем. За ними гордо встала во весь свой немаленький рост мадам Максим. Она тоже что-то говорила. К счастью, директор Дурмстранга был великолепно лаконичен. Он быстро пробормотал приветствие и опять углубился в разговор с Томасом. Выступил и еще кто-то, незнакомый Гарри. Высокий мужчина с сухим беспокойным лицом. Громче всех ему аплодировал еще один брат Рона. Персиваль даже привстал с места, восторженно глядя на своего шефа.

Когда все от души наговорились, а Гарри решил, что рак ушей ему обеспечен, началась церемония торжественного опускания бумажек в гигантскую резную чашу, который Дамблдор назвал Кубком Огня.

Над ним, и правда, висело голубое пламя.

Дурмштанг проследовал к кубку строгим строем. Их записки были одинаковыми квадратиками плотной бумаги. Француженки семенили к кубку группками по двое-трое, закатывая глаза и делая вид, что умирают от волнения. В пламя летели надушенные розовые сердечки. Затем Дамблдор сотворил заранее надуманную пакость. Он ехидным тоном сообщил, что раз здесь все ученики Хогвартса, то он ограничит возможность участия в Турнире несовершеннолетних, и очертил тумбочку с кубком каким-то заклинанием.

После этого к кубку гордо прошествовал Диггори. Красавчик картинно замер у кубка, показал всем кусок пергамента со своим именем, послал кому-то воздушный поцелуй и разжал пальцы. Хаффлпафф завыл от восторга. Остальные претенденты были более сдержанны.

- А слизы что, решили не участвовать? - Фред и Джордж мимоходом отняли у Гарри облюбованный пирожок и честно поделили его между собой.

Гарри пожал плечами. Благоразумные люди, значит. Но, уходя из зала, поймал Драко и задал вопрос. Почему? Ответ удовлетворил его полностью.

- А зачем афишировать? Не пройдет, так никто и не узнает о попытке. А если пройдет, то какая разница, при всех ли зарегистрировался или нет.

На следующий день близнецы повеселили всех тупой попыткой обмануть чары с помощью зелья старения. Пока они трясли бородами, какой-то рейвенкловец из магглорожденных свернул из пергамента самолетик, что-то просчитал, перешел на два шага левей и аккуратно запустил его в сторону кубка.

Попал. Через час весь пол вокруг кубка оказался усыпан самолетиками, журавликами и просто скомканными бумажками. До вечера все говорили только о турнире, вероятном чемпионе и француженках.

А вот после ужина все и случилось. Кубок торжественно пылал, претенденты нервничали, министр скучал. В облаке искр вылетела первая бумажка.