Гарольд Дурсль

- Сонорус, - покашлял, убедился, что звучит достаточно громко и начал: - Узнаю, кто сунул мое имя в кубок, убью на месте. - Раскланялся и вышел, громко топая. За ним в коридор выскочили Драко с Забини и Сайф с Невиллом. Настроение у Гарри после всех мытарств было хуже отвратительного, и он угрюмо молчал. Немного подумав, он решил, что хуже уже не будет, так что самое время поговорить с Драко.

Путаный рассказ о разговоре с отцом тот выслушал внимательно. Задал несколько вопросов, уточняя, и кивнул головой:

- Спасибо.

Гарри растерялся. Он думал, что Драко обрадуется, узнав о такой возможности. Или расстроится, что больше не будет единственным сыном. Но не такого равнодушия.

- А что ты скажешь отцу?

- Скажу, что подумаю. Поттер, не тупи. Речь идет о титуле. Деньгами меня не обидят, состояние позволяет разделить его хоть на десять частей. Но лордство - это вечно. Я мог передать его своему сыну. Так что я подумаю. Сейчас речь о тебе. Томас сказал, что контракт с этим магическим тазиком разорвать нельзя.

Гарри не хотел. Поэтому только вздохнул.

- Ага. Завтра утром прибудет. Только к чему? Покричат они с дядей Сириусом и все. Я о другом. Драконы.

Гарри схватился за голову.

«Пророк» был весь посвящен Турниру. Читая статью о себе, Гарри хохотал, как от щекотки. По словам Риты Скиттер, он был самым несчастным ребенком в мире. Сирота, без друзей и родни. Запуганный страшной перспективой участия во взрослых играх. Растерянный и почти рыдающий.

Когда Гарри потянулся за первым свертком, его руку перехватили. Подняв голову, Гарри увидел криво улыбающегося директора Дурмштранга. Каркаров разжал пальцы и укоризненно покачал головой:

- Не стоит открывать присланное незнакомыми людьми. Там вполне может оказаться неприятный сглаз. Поручите это более компетентным персонам.

Гарри немедленно отдернул руку от подарков. К ним уже подошел Томас. Он почтительно раскланялся с Каркаровым, подтвердил его опасения и предложил передать свертки и письма на рассмотрение ему или кому захочет.

- Я присмотрю за твоими протеже. Ты прав, терять мне точно нечего. - Фраза была сказана настолько тихо, что услышал ее только Гарри, поспешно вскочивший, чтобы вежливо распрощаться.

Несмотря на всеобщий ажиотаж, занятия шли своим чередом.