Нет, все было вежливо и мило, Олег с приятной улыбкой заявил:
– Натэллочка, большое спасибо, но поищи другого кавалера, мы с женой уже видели эту картину.
Натэлла прикусила губу, так ее еще никто не унижал, тоже мне, монах-отшельник.
Решив выяснить, что за отношения связывают Олега и Майю, она осталась на рабочем месте до без десяти семь. Из-за гипсокартонной стенки не доносилось ничего интересного. Хвостова любила напевать за работой и мурлыкала какие-то мелодии.
Около семи она ушла. Натэлла кинулась следом, старательно прячась, но она осторожничала зря. Майечка, ни разу не оглянувшись, дошла до площади, на которой стоял памятник, и стала прохаживаться у его подножия. Натэлла, спрятавшись за киоск с мороженым, ждала развязки.
Внезапно раздался резкий гудок. Шляпница пошла к проезжей части и села в подъехавшие «Жигули». Глазастая Натэлла запомнила номер, хотя она и так уже понимала, что к чему, но проверить не мешало.
"
"Утро принесло подтверждение – «Жигули» принадлежат Гладышеву. Из чистого любопытства Натэлла стала следить за парочкой.
Надо отдать должное любовникам, они вели себя словно два шпиона, едва кивая друг другу при встречах. Олег никогда не заходил к Майе попить кофейку, если заглядывал в ее мастерскую, то только по делу. Натэлла лишь дивилась подобной конспирации. У Хвостовой имелся муж, у Гладышева – жена, ясное дело, они не хотели неприятностей.
– Но встречались регулярно, – закончила «информаторша», – я точно знаю.
– Как вам только не надоело за ними следить, – ухмыльнулась я.
Натэлла скривилась:
– А я такой человек, если начну какое дело, обязательно доведу до конца! Целеустремленность – вот мое основное качество.
Я промолчала. Целеустремленность! Да любопытство это, беспардонное и ничем не прикрытое.
– И вы не рассказали милиции о своих догадках, когда пропал Олег?
– Меня не спрашивали, – отрезала она.
– Неужели сыщики не опросили сотрудников?
Натэлла пожала плечами:
– Ходили здесь, разговаривали, только меня не было.
– Куда же вы подевались?
– Отдыхать уехала, взяла отпуск с двадцать пятого декабря, вернулась двадцатого января, весь Дом моделей гудел: «Гладышев пропал».
– И вы не пошли к следователю?
– Зачем? Никто меня не звал.
