Дойдя до конца страницы, она подняла на него глаза:
— Ох, Гарри…
— А ещё вот это.
Он отдал ей разорванную фотографию, и Гермиона заулыбалась, наблюдая за мальчиком на метле.
— Я поискал окончание письма, — сказал Гарри, — но его здесь нет.
Гермиона огляделась вокруг:
— Это ты тут такой беспорядок учинил или до тебя кто-то постарался?
— Кто-то уже обыскивал комнату, — сказал Гарри.
— Я так и подумала. В какую комнату я ни заглядывала, пока поднималась наверх, везде одно и то же.
Как по-твоему, что тут искали?
— Если это был Снегг, сведения об Ордене.
— А ты не думаешь, что у него и так уже есть всё необходимое, он же состоял в Ордене, верно?
— Ладно, — сказал Гарри, которому не терпелось обсудить его теорию, — тогда как насчёт сведений о Дамблдоре? Они могли искать, к примеру, окончание этого письма. Батильда, которую упоминает мама, ты знаешь, кто она?
— Кто?
— Батильда Бэгшот, автор…
— «Истории магии», — явно заинтересовавшись, сказала Гермиона.
— Так твои родители знали её? Она была потрясающим историком.
— Она ещё жива, — сказал Гарри, — и живёт в Годриковой Впадине. Ронова тётушка Мюриэль рассказывала о ней на свадьбе. И семью Дамблдоров Батильда тоже знала. Интересно было бы побеседовать с ней, правда?
Улыбка Гермионы стала слишком уж понимающей, и Гарри это не понравилось. Он отобрал у неё письмо и фотографию, засунул их в мешочек, который висел у него на шее, просто чтобы не смотреть на неё и не выдать своих чувств.
— Я понимаю, почему тебе хочется поговорить с Батильдой о твоих маме и папе, да и о Дамблдоре тоже, — сказала Гермиона. — Но ведь в поисках крестражей это нам ничем не поможет, так? — Он не ответил, и Гермиона торопливо продолжила: — Гарри, я знаю, тебе очень хочется отправиться в Годрикову Впадину, но я боюсь… боюсь лёгкости, с которой нашли нас вчера Пожиратели смерти. И поэтому сильнее, чем раньше, уверена — нам не следует появляться там, где похоронены твои родители.
От тебя наверняка именно этого и ждут."
"— Дело не только в родителях, — всё ещё стараясь не глядеть на неё, сказал Гарри. — На свадьбе Мюриэль много чего наговорила про Дамблдора. Я хочу узнать правду…
И он пересказал Гермионе всё, что услышал от Мюриэль. Когда он закончил, Гермиона сказала:
— Я понимаю, конечно, почему тебя это расстраивает, Гарри…
— Не расстраивает, — ответил он.
