А так его лицо впервые за несколько дней озарила улыбка. Гарри вскочил с кресла и присел на корточки у камина.
— Ну как ты, Сириус?
Сириус очень изменился. Когда они прощались, лицо было худое, измождённое, на лоб и плечи падали спутанные чёрные космы. Теперь волосы коротко стриженные, чистые, лицо округлилось, помолодело. Он стал походить на единственную фотографию, которая была у Гарри: Сириус на свадьбе Поттеров.
— Про меня не будем, как ты?
— Я… — Гарри хотел было сказать «хорошо», но не смог. Его как прорвало.
Он говорил обо всём: никто не верит, что он не по собственной прихоти стал участником Турнира; Рита Скитер наплела о нём с три короба в «Пророке», и теперь, куда бы он ни пошёл, его осыпают градом насмешек. А главное, ему не поверил лучший друг. Позавидовал его славе. — И вот только что Хагрид показал мне драконов, наше задание во вторник. Это погибель, — в отчаянии закончил он.
Сириус с состраданием смотрел на Гарри. Глаза у него всё ещё не утратили мёртвого, загнанного выражения, подаренного Азкабаном.
Дав крестнику выговориться до конца, он начал:
— С драконами справиться просто, объясню через минуту. У меня совсем мало времени. Я проник в дом незнакомых волшебников, воспользовался их камином, но хозяева могут вернуться в любую минуту. А надо кое о чём предупредить тебя.
— Предупредить? — Душа у Гарри ушла в пятки. Что может быть страшнее драконов!
— Каркаров был Пожиратель смерти. Ты ведь знаешь, что это такое?
— Кто? Каркаров?
— Он сидел со мной в Азкабане, но его выпустили.
Даю голову на отсечение, Дамблдор потому и пригласил в этом году в Хогвартс Мракоборца Грюма, чтобы он глаз с него не спускал. Грюм раскрыл Каркарова. И того отправили в Азкабан.
— А потом что, выпустили? — медленно проговорил Гарри; казалось, его мозг не справляется с потоком информации. — Почему?
— Он пошёл на сделку с Министерством магии. — Сириус нахмурился. — Сказал, что раскаивается. И готов назвать несколько имён. Многие оказались в Азкабане по его милости. Там его ненавидят, я это знаю.
С тех пор он преподаёт в Дурмстранге, учит своих учеников Тёмным искусствам. Так что будь осторожен с его чемпионом.
— Буду… Так ты думаешь, это Каркаров бросил моё имя в Кубок? Но тогда он классный актёр. Он взбеленился, услыхав, что будет четвёртый участник. Требовал, чтобы ещё раз зажгли Кубок.
— Да, его актёрский талант известен. Удалось же ему убедить Министерство в искреннем раскаянии. И ещё, всё это время я внимательно следил за публикациями в «Пророке».
