Он хотел сбежать с прорицания, но Гермиона ни в какую не согласилась пропускать нумерологию, и тренировки не получилось. Пришлось целый час терпеть профессора Трелони, которая пол-урока твердила о расположении Марса по отношению к Сатурну. Это означало, что людей, рождённых в июле, ждёт ужасная, внезапная смерть.
— Смерть, ну и пусть! — не сдержался Гарри. — Только быстрая! Не хочу мучиться.
Рон, казалось, вот-вот прыснет от смеха. Впервые за последнее время он посмотрел прямо в глаза Гарри, но тот был так зол, что не глянул в ответ.
Остаток урока Гарри пробовал палочкой притягивать под столом предметы. Опыт удался только с мухой. А может, она просто глупая, и его заслуги тут нет?
После обеда Гарри с Гермионой вернулись в пустой класс и, чтобы не столкнуться с учителями, надели мантию-невидимку. Тренировались до полуночи. Позанимались бы и подольше, но появился Пивз. Подумал, что Гарри нравится, когда в него бросают вещи, и начал швыряться стульями. Пока шум не привлёк Филча, друзья покинули класс и пошли в гриффиндорскую гостиную.
Сейчас там никого не было.
В два часа ночи Гарри стоял, окружённый горой предметов — книгами, перьями, перевёрнутыми креслами, набором Плюй-камней и жабой Невилла, Тревором. Только в последний час он освоил Манящие чары.
— Гораздо лучше, Гарри. Молодец, — похвалила усталая, но довольная Гермиона.
— Теперь ясно, что делать, когда я не могу овладеть каким-то заклинанием. — С этими словами Гарри кинул Гермионе словарь рун, чтобы повторить упражнение.
— Напугать меня драконом. Ну…
Он поднял палочку ещё раз:
— Акцио словарь!
Тяжёлая книга выпорхнула из руки Гермионы, пролетела через комнату, и Гарри схватил её.
— Гарри, ты и вправду научился! — Гермиона была в восторге.
— Лишь бы завтра сработало, — сказал Гарри. — «Молния» полетит с более дальнего расстояния, чем эти штуки, она в замке, а я буду на улице.
— Неважно, — твёрдо произнесла Гермиона. — Просто как следует сосредоточься, и всё у тебя получится.
Нам уже спать пора. Завтра рано вставать.
Гарри так старательно тренировал чары, что к вечеру страх немного отступил. Зато утром вернулся сполна. Вся школа гудела и волновалась. Уроки закончились в полдень, чтобы, не торопясь, дойти до загона. Что они там увидят, они, конечно, ещё не знали."
"Гарри чувствовал странную отстранённость. Ни на доброе слово, ни на насмешки («Поттер, захвати с собой пачку бумажных платков!») внимания не обращал. Не до того.
