Но Гарри сомневался, что дядя Вернон полюбил бы мистера Уизли, даже если тот бы ездил на «феррари».
Большую часть дня Гарри провёл у себя в комнате — не было сил смотреть, как тётя Петунья каждую минуту выглядывает на улицу из-за тюлевых штор, словно по телевизору объявили о сбежавшем стаде бешеных носорогов. В конце концов, без четверти пять Гарри спустился в гостиную.
Тётя Петунья в некоем помрачении безостановочно выравнивала пузатый строй диванных подушек. Дядя Вернон делал вид, будто читает газету, но его маленькие глазки оцепенело смотрели в одну точку, и Гарри был уверен, что он изо всех сил прислушивается — не подъезжает ли к дому автомобиль.
Дадли забился в кресло, подсунув под себя ладони и крепко сжимая собственный зад. Не желая участвовать в этом психозе, Гарри вышел и присел на ступеньку лестницы в прихожей. Он не сводил глаз с часов, а сердце колотилось от волнения.
Вот и пять, вот уже и шестой час. Дядя Вернон, слегка вспотевший в своём костюме, открыл парадную дверь, высунул голову, обежал взглядом улицу и поспешно вернулся.
— Опаздывают! — буркнул он Гарри.
— Вижу, — ответил тот. — Возможно… м-м-м-м… пробки или ещё что-нибудь…
Десять минут шестого… Пятнадцать… Гарри уже и сам всерьёз забеспокоился. В половине шестого из гостиной донёсся торопливый шёпот дяди Вернона и тёти Петуньи:
— Никакого уважения.
— Мы могли быть приглашены в гости.
— Может, думают, их пригласят на ужин, если они приедут позже?
— Ну, уж этому не бывать, — произнёс дядя Вернон, и Гарри услышал, как он встал и принялся прохаживаться по гостиной.
— Заберут мальчишку и скатертью дорога, больше им тут нечего делать. Если они вообще приедут. Может, день перепутали. Подобные типы, сдаётся мне, пунктуальностью не отличаются. Или поехали на какой-нибудь дрянной машинке, которая на полдороге и сло-ма-а-а-а-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!
Гарри подпрыгнул. Судя по звукам в гостиной, все трое Дурслей повскакали с мест и в панике куда-то бросились. В следующее мгновение насмерть перепуганный Дадли вылетел в холл.
— Что случилось? — удивился Гарри. — В чём там дело?
Но Дадли как язык проглотил. По-прежнему держась за ягодицы, он со всей возможной для его туши скоростью устремился на кухню. Гарри поспешил в гостиную.
Из камина — тот давно был заколочен досками, и его роль на том же месте исполнял электрокамин с фальшивыми углями — доносился громкий стук и какая-то возня.
— Что это? — задыхаясь, спрашивала тётя Петунья, вжавшись в стену и с ужасом глядя на камин.
