Гарри старался не глядеть на Чжоу и Седрика: когда он на них глядел, у него руки чесались хорошенько кого-то стукнуть."
"В полночь «Ведуньи» доиграли последний танец, им напоследок долго и громко хлопали. Бал кончился, и все пошли в холл. Многие были недовольны, могли бы хоть Святочный бал продлить до часу ночи. А Гарри был рад — наконец-то он заберётся в тёплую уютную постель. Бал показался ему очень скучным.
Они с Роном вместе со всеми вышли в холл. Гермиона пожелала Краму спокойной ночи, и тот отправился к себе на корабль.
Холодно взглянув на Рона, она молча прошла мимо и стала подниматься по мраморной лестнице. Гарри и Рон двинулись следом, но на полпути Гарри окликнул Седрик Диггори.
— Гарри, постой!
Чжоу ждала Седрика внизу.
Седрик дал понять, что не хотел бы говорить при Роне, Рон хмуро пожал плечами и пошёл наверх.
— Послушай, Гарри, — начал Седрик, — я у тебя в долгу за дракона. Ты открывал золотое яйцо? Оно у тебя воет?
— Ну, воет.
— Тогда… прими ванну, ясно?
— Что-что?
— Прими ванну… только захвати с собой яйцо.
Открой его в горячей воде и послушай. Это наведёт тебя на мысль, поверь мне.
Гарри вытаращил глаза.
— Только иди в ванную старост. Пятый этаж, четвёртая дверь слева от статуи Бориса Бестолкового. Пароль — «Сосновая свежесть». Ну всё, мне пора, пойду кое с кем попрощаюсь…
Седрик снова улыбнулся и побежал вниз, где его ждала Чжоу.
Гарри побрёл один к себе в башню. Какой странный совет? Как это ванна поможет разгадать загадку воющего яйца? Может, это Седрик так шутит? Может, хочет выставить его дураком, чтобы он в глазах Чжоу не выдержал сравнения с Седриком?
Полная Дама и её подруга Ви мирно похрапывали в раме.
Гарри долго им кричал пароль «Светляки», наконец докричался, они проснулись, ну его ругать, но всё же проём открыли. А в гостиной его ожидала неожиданная сцена. Рон с Гермионой с красными лицами стояли метрах в трёх друг от друга и орали что было мочи.
— Тебе это не нравится, да? Но ты прекрасно знаешь, что надо было делать! — кричала Гермиона.
Красивый узел на затылке растрепался, лицо от гнева перекосилось.
— И что же мне надо было делать?
— Самому пригласить меня на бал, и не в последнюю минуту, когда уже некого выбирать!
Рон хотел что-то сказать, но только открывал рот, как рыба, вытащенная из воды. Гермиона развернулась на каблуках и вихрем взлетела по лестнице в свою спальню. Рон обернулся к Гарри.
— Видел? — ошеломлённо выпалил он.
