— Ваш Волан-де-Морт? Да, его мать была ведуньей, зато отец — маглом! Или он наврал вам, что он чистокровный волшебник?
— ОСТОЛБЕ…
— НЕТ!
Из палочки Беллатрисы Лестрейндж вырвался красный луч, но Малфой отклонил его, и заклятие угодило в полку слева от Гарри. Несколько стеклянных шариков разбилось.
Две фигуры, перламутрово-белые, как привидения, и текучие, как дым, поднялись из осколков стекла на полу и разом заговорили. Их голоса смешались друг с другом, и за криками Малфоя и Беллатрисы можно было различить лишь обрывки их речей.
— Когда наступит солнцестояние, придёт новый… — сказала фигура старика с бородой.
— Не нападай! Мы должны получить пророчество!
— Он осмелился… как он смеет… — невпопад выкрикивала Беллатриса. — Паршивец… грязный полукровка…
— ПОДОЖДИ, КОГДА ПРОРОЧЕСТВО БУДЕТ У НАС! — взревел Малфой.
— И никто не придёт после… — сказала фигура молодой женщины.
И обе фигуры, вырвавшиеся из разбитых шариков, растаяли в воздухе. От них и от их прежних убежищ не осталось ничего, кроме осколков стекла на полу.
Но они подали Гарри идею. Теперь надо было найти способ поделиться ею с другими.
— Вы ещё не объяснили мне, что особенного в этом пророчестве, которое я, по-вашему, должен вам отдать, — сказал он в надежде выиграть время. Потом медленно передвинул ногу в сторону, пытаясь нащупать ею чью-нибудь ещё.
— Не вздумай шутить с нами, Поттер, — сказал Малфой.
— Никаких шуток, — ответил Гарри, сосредоточив внимание на своей ноге и стараясь не потерять при этом нить разговора.
Наткнувшись на чью-то туфлю, он придавил её носком ботинка. Резкий вдох у самого его уха подсказал ему, что нога в туфле принадлежит Гермионе.
— Что? — шепнула она.
— Разве Дамблдор никогда не говорил тебе, что причина, по которой ты носишь шрам, спрятана в недрах Отдела тайн? — усмехнулся Малфой.
— Я… что? — вырвалось у Гарри. На мгновение он даже позабыл о своём плане. — При чём тут мой шрам?
— Что? — ещё настойчивее шепнула сзади Гермиона.
— Так ты ничего не знаешь? — сказал Малфой со злобным восторгом.
Пожиратели смерти засмеялись опять, и под прикрытием их смеха Гарри прошипел Гермионе, стараясь как можно меньше шевелить губами:
— Разбей стеллажи…
— Значит, Дамблдор никогда не говорил тебе? — повторил Малфой. — Что ж, это объясняет, почему ты не пришёл раньше, Гарри Поттер, — Тёмный Лорд удивлялся, отчего…
— …когда я скажу «давай…»"
"— …ты не прибежал со всех ног, как только он показал тебе во сне место, где спрятана эта причина.
