По вагону шла Чжоу, а с ней — Мариэтта Эджком в вязаном шлеме. На мгновение взгляды Гарри и Чжоу встретились; она покраснела, но не остановилась. Гарри снова посмотрел на доску и успел увидеть, как конь Рона согнал с клетки одну из его пешек.
— А что… что между вами сейчас, а? — негромко спросил Рон.
— Да ничего, — честно ответил Гарри.
— Я… гм… слышала, что она встречается с кем-то другим, — осторожно сказала Гермиона.
Гарри с удивлением отметил, что это сообщение нимало его не тронуло. Желание нравиться Чжоу словно принадлежало прошлому, почти никак не связанному с настоящим, — впрочем, то же самое можно было сказать о многих желаниях, которые он испытывал до смерти Сириуса.
В последний раз он видел своего крёстного живым всего неделю назад, но эта неделя точно растянулась на целые годы и соединяла два разных мира — в одном из них был Сириус, а в другом его не было…
— Ну и отлично, — с нажимом сказал Рон. — То есть она, конечно, симпатичная и всё такое, но лучше бы тебе подцепить кого-нибудь повеселее.
— Со своим теперешним приятелем она, может, и весёлая, — пожал плечами Гарри.
— А кто он, её теперешний приятель? — спросил Рон у Гермионы, но ответила ему Джинни:
— Майкл Корнер.
— Майкл… но… — Рон уставился на неё, чуть не свернув себе шею. — Это же твой кадр!
— Был, — решительно заявила Джинни. — После того как Гриффиндор выиграл у Когтеврана в квиддич, он всё время ходил надутый, и я дала ему отставку. Вот он и побежал утешать Чжоу.
— Она задумчиво почесала нос кончиком пера, затем перевернула «Придиру» вверх ногами и стала проверять ответы. Рон был явно очень доволен.
— По мне, так он всегда малость смахивал на идиота, — сказал он, подталкивая свою королеву к дрожащей ладье Гарри. — Правильно сделала, сестрёнка. В следующий раз выбери кого-нибудь получше.
При этих словах он почему-то украдкой покосился на Гарри.
— Я уже выбрала Дина Томаса — одобряешь? — рассеянно откликнулась Джинни.
— Чего? — завопил Рон, опрокидывая доску.
Живоглот кинулся за фигурами, а Букля с Сычом, сидевшие на верхней полке, сердито заухали и захлопали крыльями.
Когда поезд замедлил ход, приближаясь к вокзалу Кингс-Кросс, Гарри почувствовал, что ему будет невероятно трудно заставить себя выйти из вагона. У него даже мелькнула мысль, не отказаться ли от этого вовсе — взять да и просидеть на своём месте до первого сентября, а потом уехать обратно в Хогвартс.
