Он тяжело привалился к стене, держась за грудь, в которой отчаянно кололо.
— Иди, — тяжело дыша, проговорил он и показал на дверь. — Туда, туда.
— А разве… разве вы не со мной?..
— Нет, нет, мне нельзя. Удачи тебе!
Сердце Гарри выбивало бешеную дробь прямо в горле. Он с трудом сглотнул, повернул тяжёлую железную дверную ручку и вступил в зал суда.
Глава 8
Слушание
Как Гарри ни старался владеть собой, он задохнулся от изумления. Просторное подземелье, в которое он вошёл, было ему до ужаса знакомо. Он не просто видел его раньше — он побывал в нём, когда заглянул в Омут памяти Дамблдора.
У него на глазах супругов Лестрейндж приговорили здесь к пожизненному заключению в Азкабане."
"Стены, сложенные из тёмного камня, были тускло подсвечены факелами. Справа и слева от Гарри вздымались ряды пустых скамей, но впереди, где скамьи стояли на возвышении, на них темнело много человеческих фигур. Сидящие вполголоса переговаривались, но как только за Гарри закрылась массивная дверь, в зале воцарилась зловещая тишина.
— Вы заставили нас ждать, — проговорил холодный мужской голос.
— Прошу прощения, — нервно сказал Гарри. — Я… я не знал, что время изменили.
— Визенгамот в этом не виноват, — возразил голос. — Утром к вам была послана сова. Садитесь.
Гарри перевёл взгляд на стоящее посреди зала кресло с цепями на подлокотниках. В Омуте памяти он видел, как эти цепи ожили и опутали подсудимого. Каждый шаг Гарри по каменному полу отдавался громким эхом. Когда он осторожно опустился на краешек сиденья, цепи угрожающе звякнули, но обвивать ему руки не стали.
Чувствуя себя, прямо скажем, неважно, он поднял глаза на сидящих перед ним.
Их было человек пятьдесят, и на всех, насколько он мог видеть, были мантии сливового цвета с искусно вышитой серебряной буквой «В» на левой стороне груди. Все смотрели на него сверху вниз — одни чрезвычайно сурово, другие с откровенным любопытством.
Посреди переднего ряда сидел Корнелиус Фадж, министр магии. Этот упитанный мужчина сегодня расстался со светло-зелёным котелком, который частенько носил; не было и добродушной улыбки, с которой он, бывало, обращался к Гарри.
Слева от Фаджа Гарри увидел дородную волшебницу с квадратным подбородком и очень короткими седыми волосами. В глазу у неё поблёскивал монокль, и выглядела она довольно-таки устрашающе. По правую руку от Фаджа сидела другая колдунья, но она так далеко откинулась на спинку скамьи, что лица не было видно.
— Очень хорошо, — сказал Фадж. — Обвиняемый явился — наконец-то.
