Вышли из лавки с похудевшими кошельками, зато карманы оттопыривали бомбы, заряженные навозом, икотные конфеты, мыло из жабьей икры, кружки, кусающие за нос."
"День был ясный, дул лёгкий ветерок. Даже в «Трёх мётлах» сидеть не хотелось, и поэтому они двинулись в гору к Визжащей хижине, имеющей самую дурную репутацию во всей Британии. Хижина стояла на холме немного в стороне от деревни. И даже сейчас, при дневном свете, вид у неё был жутковатый: окна заколочены досками, одичавший промозглый сад.
— Даже хогвартские привидения здесь не бывают, — сказал Рон, прислонившись к забору и разглядывая хижину, — я спрашивал у Почти Безголового Ника.
Он сказал, что здесь обитает лихая компания. Никто не может сюда войти. Фред с Джорджем пытались, но все двери крепко заперты.
После подъёма в гору Гарри стало жарко, и он хотел было минут на пять откинуть капюшон, как вдруг совсем близко послышались голоса. Кто-то поднимался к хижине с другой стороны.
Секунда-другая, и они увидели Малфоя в сопровождении Крэбба и Гойла.
— Вот-вот прилетит от отца сова с известием, — разглагольствовал Малфой. — Он поехал на суд свидетелем. Расскажет там про мою руку, как я три месяца не мог ничего делать…
Крэбб с Гойлом хохотнули.
— Как бы мне хотелось самому услышать выступление на суде этого патлатого безмозглого великана: «Не-е, честно, в ём ничаво опаснова нет». Гиппогрифу давно пора сдохнуть…
Неожиданно Малфой увидел возле хижины Рона. Лицо его расплылось в злобной ухмылке.
— А ты что здесь делаешь? — Малфой перевёл взгляд на покосившуюся хижину.
— Наверное, ищешь, где жить? Ты ведь давно мечтаешь об отдельной комнате! Говорят, вы все спите в одной спальне. Это правда?
Гарри схватил Рона за шиворот, помешав броситься с кулаками на своего врага.
— Предоставь его мне, — шепнул он другу на ухо.
Да, грешно не воспользоваться таким случаем. Гарри неслышно перебежал за спину Малфоя и его верных телохранителей, нагнулся и поднял с дороги большой ком влажной земли.
— А мы тут обсуждаем твоего друга Хагрида, — продолжал паясничать Малфой.
— Представляем себе, что он говорит на суде Комиссии по обезвреживанию опасных существ. Как, по-твоему, он заплачет, когда гиппогрифу отрубят…
Плюх!
Голова Малфоя мотнулась, его белобрысые волосы облепила мокрая грязь.
— Кто это?..
Рон ухватился за забор, чтобы со смеху не упасть наземь.
Злокозненная троица волчком завертелась на месте, Малфой счищал с волос грязь.
— Что призошло? Кто это сделал?
— В этом месте очень мощные привидения.
