Гарт. Одаренный

Нашелся и примитивный автомат с массивным магазином в рукояти, сильно похожий на земные изделия середины двадцатого века — там калибр был поменьше. Никаких прицелов и электронных систем. Я подумал, что с таким оружием дикари много не навоюют. Нормально ухватить его не получалось — явно рукоятка рассчитана на лапу дикаря.

— Брось эту дрянь! — презрительно бросил Хасс, увидев находки.

— Как, разве мы не будем собирать оружие? — удивился я.

— Нет, это ничего не стоит, — усмехнулся наемник.

— Пробьет такое барахло мой скаф?

— Вот это — точно нет, — подумав, ответил Хасс, показав на автомат.

 — А такая пушка, вероятно, пробьет. Их используют для охоты на крупных тварей, которых местные охотно жрут. Но это простые кусочки металла — разрывные боеприпасы они пока делать не научились…

Командир недовольно морщился — ничего полезного в имуществе дикарей не обнаружилось. Выделанные шкуры, примитивные инструменты вроде копалок и кривых ножей, емкости из чего-то похожего на прозрачный пластик, засушенные побеги и стопки свежих листьев — ценность это имело только для аборигенов.

У одного из покойников нашелся кожаный рюкзак, в котором тот хранил спутанные веревочки с многочисленными узелками.

— Полчаса на отдых — и возвращаемся, — услышал я невозмутимый голос Вохлика в канале.

Пока остальные головорезы обыскивали трупы, я изучил сформированный тактическим компом лидера отчет. Как оказалось, на мой счет записали восемь врагов, а из шестидесяти выпущенных игл только двенадцать попали в цель.

Бонусов за уничтожение дикарей не полагалось — их не считали серьезными противниками. По моему мнению, смысла в этой акции не было, однако командир спецподразделения считал иначе.

— Я хотел проверить, чего от вас стоит ждать, — с усмешкой заявил Вохлик. — Одно дело — истреблять цели на тренажере, а другое — лично выпустить врагу кишки.

— А что, у кого-то проблемы с этим?

— Бывает. Некоторые новички теряются. До них не сразу доходит, что нужно стрелять не раздумывая. Вот ты, например.

В досье нет никакой информации, даже информации о родной планете.

— Какое это имеет значение? — удивился я.

— Некоторые государства специально ставят в мозги гражданам психоблоки, превращая людей в беззубых харшей. Они хорошо работают и исправно платят налоги, но бойцы из них — никакие. Но с тобой все в порядке, хорошо отработал…

— Они даже не сопротивлялись, — заметил я. — Мы расстреливали их, как на полигоне…

— С этими никаких проблем нет, — хмыкнул Вохлик.