Гарт. Одаренный

Непонятно откуда выпавший туман заставляет нас морщиться от холода. Чтоб не замерзнуть совсем, начинаю ворочаться на плащ-палатке и разминать затекшие мышцы.

— Сейчас начнется, — негромко говорит напарник, а я поспешно прижимаю к плечу приклад автомата. Поста наблюдателей уже нет — боевики успели спрятаться. Зато появились местные — женщина возится под навесом ближайшего к нам дома, и вскоре оттуда поднимается тонкая струйка дыма. Гарнитура рации щелкает три раза — слышу тихий рокот приближающихся машин.

Судя по всему, что-то у «вованов» пошло не так, поскольку в селении начался бой — после громкого хлопка СВД затарахтели несколько автоматов.

Один за другим слышатся два приглушенных взрыва — что-то горит чадным пламенем на другой стороне аула. Я не завидую тем, кто сейчас штурмует селение — дома здесь больше похожи на крошечные крепости.

Стрельба не стихает, и тут я вижу боевиков — шесть фигурок, спотыкаясь, бегут прямо на нашу позицию. Понимаю, что капитан Сергеев грамотно расставил посты, перекрыв все направления отхода — теперь деваться бандитам некуда.

После двойного щелчка из наушника негромко кашляет оружие напарника — тот открыл огонь из бесшумного автомата «Вал» с оптическим прицелом. Я пока жду — мне команды подключиться не поступало. Сразу две фигурки падают, а следующим умирает отстающий боевик с пулеметом. До других доходит, что их становится меньше, и они делают рывок к низкому забору, пытаясь укрыться за ним.

— Давай! — командует снайпер, меняя магазин.

Мой АК-12 выплевывает пару коротких очередей — и еще одна фигурка корчится на земле. Я привычно переношу прицел на следующего, успевая срезать и его. Тем временем Бульбаш успевает выстрелить в последнего — тот валится на землю, судорожно дрыгая ногами. Для нас бой закончен — всю работу по зачистке от оставшихся проводят «вованы». Долгое ожидание и скоротечная перестрелка — обычное дело, когда удается застать противника врасплох.

— Странно, их должно быть больше… Неужели остальные прикрывали этих… — бормочу я.

— Была еще одна группа. Горыныч по-тихому снял всех четверых, — нехотя поясняет снайпер, прижав ладонь к наушнику.

После двух одиночных выстрелов наступает тишина. Мы остаемся на позиции, поскольку других приказов не поступает.

— Лучше скажи мне, что ты здесь забыл? — неожиданно спрашивает напарник.

— Не понял вопроса… — осторожно говорю я.

— Вот Кот — у него родню эти буратины покрошили. Лейтенант — вообще контуженный на голову.