Гастролер

Они катались по простыне, точно обезумев от взаимной страсти, то и дело меняя позы. Никогда еще Медведь не испытывал такого острого желания. Он встал на колени, крепко сжал девушку за талию, опрокинул на спину, так что ее полные груди раскинулись по сторонам, и, выгнувшись, уверенным сильным толчком вошел в нее, а она, всхлипнув, застонала от удовольствия, вцепившись пальцами ему в плечи и начав медленно извиваться всем телом.

«Не целочка», — мелькнуло у Медведя в голове.

Он невольно обрадовался этому открытию и, не в силах больше сдерживать возбуждение, стал увеличивать темп. Девушка сначала тихо вздрагивала, что-то бессознательно бормотала, потом вдруг тонко застонала, перейдя на визг, и забилась под ним, хватая ртом воздух и причитая: «Ма-а-а-а, ой ма-а-а, ой мамочка…» Он вложил в финальный удар своего члена всю силу неуемной похоти и ощутил горячее освободительное извержение…

Потом они лежали, утомленные, в измятой постели и тихо беседовали ни о чем, рассказывая друг дружке про себя всякие истории.

Катерина обожала литературу, историю, обожала стихи, мечтала стать школьной учительницей.

Георгий, понятное дело, не шибко был с ней откровенен. Он поведал ей о голодном сиротском детстве, о беспризорничестве и о пяти годах, проведенных в СЛОНе. Осторожно, точно боясь спугнуть девушку, упомянул и про свои воровские подвиги — времен нэпа.

Сейчас, уклончиво сказал он ей, перебиваюсь случайными заработками, потому как, мол, бывшего урку на постоянную работу не берут. Нет, он не стеснялся того, что промышляет воровским ремеслом, просто с этой девушкой ему было хорошо и не хотелось в самом начале их знакомства осложнять отношения. У него пока что не было постоянной полюбовницы, попадались одни только бесстыжие марухи с шалманов, а хотелось настоящего чувства близости душевной и сердечной привязанности. И вот, казалось, он нашел чудесную подругу, но тут же побоялся ее сразу потерять….

Почему-то Медведю вдруг припомнилось, как он в первый раз оказался с женщиной в койке — тогда Славик Самуйлов привел его, шкета-четырнадцатилетку, в притон к проституткам на Серпуховке и, заплатив сверх всего положенного, попросил девок обучить его неопытного ученика премудростям плотской любви.