Газлайтер. Том 4 (СИ)

— Кто еще кого пугает, — бросает Борислав, который всё это время стоял рядом с каменным выражением лица. — Даниил, вам тоже требуется обследоваться.

— Ну ладно-о, — соглашаюсь. А то вдруг, правда, зацепили меня шальной пулей. На войне несколько раз приходилось видеть, как люди на адреналине не замечают ранений, прыгают как сайгаки, смеются, разговаривают, а потом вдруг возьмут и упадут замертво. С такими вещами надо быть осторожнее. — Только найдите мне сперва печенье.

— Печенье? — хмурится Борислав.

— У меня есть, — спохватывается Георг и достает из внутреннего кармана куртки пакет с «Юбилейным». — С яблочными кусочками пойдет?

— Да, спасибо, — принимаю броскую упаковку.

— Сладкого захотелось? — понимающе кивает телепат.

— Очень, но это не мне, — качаю головой.

Открыв упаковку, я подхожу к зеленому зверю. Он недоуменно поднимает на меня длинную крокодилью морду.

— Зубастик, хочешь печенья? — протягиваю к зеленой махине пачку.

Зверь принюхивается к открытой упаковке, а потом высовывает длинный алый язык и разом слизывает все печенюшки.

— Вспомнил меня, животина? — усмехаюсь, потрепав зверя по холке. Для этого пришлось встать на носки. — Я же тебя и в детстве так же баловал. Недолго, правда, но те печенья мы с тобой запомнили на всю жизнь, верно?

— КЛА-КЛА-КЛА… — зверь клацает широченной пастью.

— Сейчас ты лети к себе, а потом я тебя заберу к себе на базу. Хватит тебе жить одному, — хлопаю его по чешуе.

Зубастик разворачивается и, раскрыв крылья, с разгона сигает в небо.

— Куда он полетел? — спрашивает Борислав.

Я смотрю на него хмуро.

— А с какой целью интересуетесь? Этот зверь теперь мой, и кто его тронет, очень сильно пожалеет.

— Понятно, — каменеет лицом гвардеец. — Я передам главе рода. А вам всё же лучше сходить к медикам.

Совету опытного гвардейца лучше последовать. У фургонов я сталкиваюсь с отпущенной Антониной Павловной в курточке на голое тело.

— Даня… — учительница смотрит на меня во все глаза.

— Что такое, Антонина Павловна? — оглядываю ее голые длинные ножки на шпильках. Гладкие и блестящие. — Всё хорошо? До дома доберетесь? Или попросить гвардейцев вас доставить?

— Нет-нет, меня заберут родственники, я позвонила, спасибо большое, — краснеет она и бросает на меня изучающий взгляд. Особенно внимательно рассматривает мои плечи, будто удивляясь их ширине.