Газлайтер. Том 4 (СИ)

— Кхм, а у нас в России разве есть его завод?

— Конечно, это же русская машина, — опять поражается моим вопросам Степан. — Под Самарой конвейер.

— Чего?! Как это русская?! Немецкая же! — хлопаю я глазами.

— Даня, ну ты и деревня, — качает головой отчим. — Род графов Майбахов иммигрировал к нам еще сотни лет назад. Как она не может быть русская? — Степан вздыхает. — Еще скажи, что Феррари итальянская.

— А она разве…? — увидев приподнятые брови отчима, сразу сдаю назад. — Хм, да нет, Феррари же чисто славянская фамилия, причем тут макаронники?

— В общем, пока хватит одного «Майбаха».

— Двух, — поправляю. — Второй маме.

— Правильное решение, — одобряет Степан. — Если денег хватит.

— Должно, — прикидываю я размеры последнего транша от «Валентино». — Если что, бери ссуду на мое имя, со следующих дивидендов погасим.

— Понял, — отчим что-то чиркает у себя в блокноте. — Я займусь нашей безопасностью. А ты пока собирай союзников против Вороновых. Без дворян мы не сможем на них напасть.

— Это будет слишком дерзко, — поясняет Степан.

 — Сословное разделение никто не отменял. Другие дворяне после такого нас с тобой на ветчину располосуют. Да и силенок у нас на Вороновых не хватит, если честно.

— Союзники будут, — киваю. — Занимайся оснащением.

Я покидаю кабинет отчима и выхожу во двор базы.

— Ап-п-п-порт! — раздается звонкий крик Лакомки.

Альва бросает длинную палку высоко в небо, в ту же секунду раздается хлопанье крыльев, будто рядом гремят вертолетные лопасти. Но нет, это всего лишь здоровый зеленый дракон.

Схватив налету снаряд, Зубастик пикирует назад к Лакомке. Девушка дает зверю взамен обслюнявленной палки горсть печенек. Тот радостно хрустит, прожора.

— Даня, ты сейчас не домой? — замечает меня блондинка.

— Нет, по делам, — улыбаюсь, глядя на эту парочку. Правильно я сделал, что забрал Зубастика на базу. А то жил дракоша совсем один, а так то поиграет с Лакомкой, то подостаёт Шархана, то Шарику когтистой лапой брюхо почешет. Да и безопаснее для него быть с нами.

Удивительно, как Зубастик вообще выжил в Южном Парке. Вот его мама не выжила, а сам он приноровился к ночной охоте и смог продержаться пять лет. — Со Степаном поедешь.

— Хорошо, — соглашается альва и подмигивает. — Тогда увидимся ночью.

Звучит это очень эротично, а с учетом того, что глаза блондинки горят хитрым огнем, то еще и подозрительно. Вспоминается мой разговор с Ленкой на скамейке у пруда. Тогда девушка поддержала меня в многоженстве.