Мании:
— время чаепития;
— походы в магазин по четным числам;
— счет ступеней и шагов.
Самой важной оставалась наружная дверь, в этом я не сомневалась. Мне пришло в голову, что с тех пор, как Стюарт переехал в мой дом, он частично переложил ответственность за нее на свои плечи. Может быть, я могла бы потихоньку убеждать себя в этом? Или это нечестно по отношению к Стюарту — вот так, без его ведома, подключать его к своим фобиям?
Половина девятого.
А когда в тюрьме открывают ворота? Может быть, его уже выпустили? Есть ли у него деньги? Куда он отправится?
Я закрыла глаза, пытаясь подумать о чем-нибудь другом, но в голове крутилась одна и та же мысль: «Сколько времени ему понадобится? Сколько дней пройдет до того, как он найдет меня?»
Перед глазами замелькали картинки: исхудавший Ли оглядывается по сторонам, небрежно так сует руки в карманы и, насвистывая, идет по дороге.
В гости к друзьям? Наверное, они у него еще остались… А вдруг он найдет себе новую подружку? Может быть, он изменился…
«Кого ты пытаешься обмануть, Кэти?»
Он будет искать меня, пока не найдет… это только вопрос времени…
Спазм был такой мощный, что я едва успела добежать до туалета.
Ничего не осталось внутри, кроме боли…
Вторник, 24 февраля 2004 года"
"После ограбления в голове у меня что-то сместилось. Я не чувствовала себя в безопасности нигде, даже когда Ли был рядом. На работе, на улице, в магазине мне постоянно чудилось, что за мной следят. Я и дома не могла отделаться от ощущения, что кто-то прячется в соседней комнате.
К тому же я постоянно обнаруживала новые пропажи. Если бы не тот случай, я бы, наверное, решила, что сама положила не на место — паспорт, например. Куда он мог деться? Он всегда лежал в старом портфеле, висевшем в шкафу за платьями. Там же я хранила кошелек с небольшой суммой в евро. Его тоже не было. Еще пропал мой старый дневник. А он-то кому мог понадобиться? Но я нигде не могла его найти. Мой старый мобильник тоже исчез, а он ведь даже не работал — валялся себе на полке книжного шкафа.
Каждый раз, обнаруживая пропажу, я как будто заново переживала это страшное ощущение — вторжения в мою личную жизнь. Как будто меня изнасиловали. Ли говорил, что у всех происходит то же самое, — чаще всего люди не представляют, что именно у них могут украсть. В моем случае вор — если не маньяк, то явно не простой грабитель — внимательно обыскал дом, и бог знает какие еще пропажи мне предстоит обнаружить.
