Ген подчинения. Том 3

— С усмешкой в голосе произнес мужчина. — Думаю, благодаря этому Психея точно поставит на Вас крест. Да и другие тоже. Сколько тысяч лет пройдет перед тем, как над Вашей выходкой перестанут смеяться?

Эрос задумался: отправляться на перерождение с его-то теперешними силами было сродни тому, что отправить молодого, восемнадцатилетнего парня в дом престарелых, в надежде найти там развлечение и сверстников. Небеса были последним местом, куда стремились возвращаться боги.

— Сутки без Психеи — словно год, проведенный в Железном быке, объятом пламенем Аида.

— печально протянул тот.

— И это ужасно, друг мой. — Подтвердил слова бога мужчина. — Смерть труса самоубийцы, а следом перерождение действительно могут Вам помочь. Но что, если избавление, которого Вы ожидаете, не наступит? Что, если вместо мнимой свободы после отправки на небеса Вы получите золотую клетку, покинуть которую не сможете больше сотни лет? Ваше спасение может стать Вашим проклятием!

— Я и так уже проклят, глупое ты существо! — В отчаянии вскочив на ноги, вскрикнул Эрос.

Злоба и страх бушевали в его сердце. Мужчина в плаще посеял семя сомнения, что теперь будет только прорастать.

Кровь или частичка тела древнего действительно могли помочь, да вот только спускаться к сторукому в место, страшнее царства Аида, в его нынешнем состоянии — чистого рода самоубийство. К тому же, путь туда был скрыт тайной за семью печатями.

— Пусть у меня и есть моё оружие и стрелы, способные пробить даже кожу древнего Титана, я всё ещё простой бог.

Великий Зевс и тот с трудом смог одолеть их, а я-то — корм в их глазах, не более. — Понимание ситуации пришло быстро. Пытаться победить Кроноса — что гнилыми финиками во врата древней трои кидаться.

— А кто говорит о победе? Капля крови ослабит эффект любого проклятия, чаша исцелит любую рану, ну а осколок тела, и уж тем более сердца, даст власть, не снившуюся даже верховным богам. Только представьте, быть может, Вам и не потребуется снимать проклятие.

Узнав о Вашем легендарном достижение, что затмит таких героев древности, как Геракл и Одиссей, Психея не сможет пред Вами устоять, и наконец-то увидит в Вас настоящего героя, а не плута, развратника и пьяницу.

— Говоришь ты, как всегда, складно, да вот только откуда тебе известно обо всем этом? Некоторые тобой сказанные вещи — прямиком из древних трактатов, скрытых для посторонних глаз. — Такая уверенность обычного знающего насторожила Эроса.