Ген подчинения. Том 3

— Хотя, глядя на вот этого вот безамбициозного фетишиста, любителя хвостатых, действительно сложно поверить о его непосредственной причастности к пропаже и находке «древнего зла — осколка способного подчинить себе весь мир».

«Может, они уже перестанут обсирать моё доброе имя! Хоть бы моего присутствия постеснялись». — Скорчив недовольную гримасу, подумал я.

— Но от сказанного ранее я всё равно не откажусь. Миша, связавшись с Континенталью, ты предал проявленное мной к тебе доверие, а значит, игра должна завершиться либо твоей смертью, либо моей.

— Хрипя, проговорил король. — Третьего не дано.

— «Оказанного доверия?» — это когда ты мне в грудь очередь выпустил и в полет с моста отправил? — Всё же не выдержав, взорвался возмущениями я. — Или, когда со своими бойцами в погоне за моей тушкой, напал на храм хвостатых, или взорвал мою квартиру? Я чего-то упустил?

— Не суть. Игра есть игра, и… — прошептала макака.

— А, черт тебя побери, заебал со своими играми. Всё вам шуточки, хихоньки да хахоньки! Говоришь о равенстве и справедливости, о презрении к Марсу и Афине, хотя и сам не брезгуешь подобными методами.

Пытаешь казаться лучше них, двуличная сволочь? Хочешь игру? Хорошо, я знаю одну, как раз подходящую для такой мрази, как ты, и идиота, вроде меня. Но только давай условимся: если выиграю я — ты поделишься информацией: планы, гости, охрана, выложишь всё, что только знаешь. — Его поведение и штучки, постоянно выбрасываемые во время того же поединка против Марса, говорили о полном отсутствии каких-либо моральных принципов. Вечно требовавший развлечения и игр, он не брезговал использовать всё, что только мог для достижения победы, а это значило, что и я мог не сдерживаться.

— Игра? Это уже интереснее. Не знаю, что ты там придумал, но я в деле. Если выиграю я, то информация останется со мной, вслед за чем я лично, своими же руками, задушу тебя на глазах у твоих любимых спутниц. — Пытаясь напугать меня, произнес король, вызвав на моем лицо лишь ироничную улыбку.

— Друг мой, поверь: если я проиграю, то избавлю тебя даже от этой участи.

Ведь в Русской рулетке может быть только один победитель. — Глаза Сунь Укуна в удивлении расширились, вслед за чем в них полыхнуло пламя азарта и интереса, пробудившегося к моей личности.

— Миша, это слишком безрассудно. Понимаю, он наговорил тебе много гадостей, но ты же видишь, какой он. Укун лишь добивается твоей смерти, и нет никаких гарантий, что мы получим информацию, если даже ты и победишь.